Книга Либелломания, страница 91 – Н. Мар

— Посмотри на своё плечо. И может быть, мы не начнём стрелять.

Шчер попытался стряхнуть красную точку с жилетки. Луч из рубина в кольце эзера пометил шестерых.

— Оружие заряжено с той минуты, как мы высадились. Пули наведены. Первые шесть только ранят. Вертитесь сколько угодно, они достанут вас в радиусе трёх километров.

Те, кто обнаружил на себе метки, принялись искать источники выстрелов по буграм. Из-за спин остальных взлетели раскалённые кольца диаметром чуть шире головы. Нахель сообразил мигом: вытащил карманный электрохлыст и сбил два огненных обруча, но ещё четыре метнулись к нам и попытались нанизаться на шеи. «Ложись», — раздалось в голове моим собственным голосом. Я упала на бугор. Один обруч врезался в траву рядом, зашипел и пропал в сырой земле. Нахель обронил токамак, но тут же накрыл его собой. Его хлыст отцепился от рукояти и, почуяв свободу, хлестнул шчера, который собрался запустить ещё два обруча. «Беги», — мелькнула новая идея, отличная и своевременная, и я понеслась к берегу. Впереди на гальку высыпали ещё пятеро шчеров. Они перекрыли мне путь к тарталёту. Начинался прилив. Позади них бились волны, и я взметнула воду на подъёме. Волна обогнула пятерых и ударила в меня. Я упала, мир утонул в соли и песке.

— На каждого аквадроу, который гуляет с тараканами, найдётся ещё один, верный шчерам, — издевался паук с кривым опухшим глазом, пока меня рвало водой на гальку.

Он был старше и опытней. Отразил ещё волну, кипяток окатил мне спину, только хромосфен и уберёг. Я выцарапала тучканчик и зажала в ладони. Шчер взял меня за шкирку и поднял с колен. Я подумала… сама подумала, что пора стрелять, и щёлкнула кнопкой. Чёрное облако окутало шчера, и когда в ответ он закрутил водяной смерч, его закоротило непрерывными разрядами. Внутри бился аквадроу, заложник своей силы. Пока его трясло, я опять рванула к тарталёту. Но меня нагнал жгучий обруч и, пожужжав над головой, схватил за шею. Хромосфен не давал ему задушить, но двое с берега потащили меня назад, на болотный матрас. Я выпустила ещё два облака и уронила тучканчик. На смену тем, кто бился в тучках, подбежали другие и потащили снова. Бросили в лужу плазмы. Хромосфен трещал от такой температуры, но держался. Я видела, как несколько шчеров упали и катались, обхватывали себя руками. Они так и не нашли источник выстрелов, и металлические шарики пробили им плечи.

— Другие шесть наведены в лоб, — предупредил Бритц горбатого паука.

— Только посмей. Нимб над девчонкой.

Горбатый стоя зажимал простреленную ключицу. Нити плазмосети с запястья эзера уже закутали в сеть четверых и прижали их к земле. Но свободных и здоровых пауков вокруг осталось ещё десять. А лужа подо мной ширилась. Я стояла на коленях в огне. Нимб опять завис надо мной, готовый впиться в горло при малейшем движении. А хромосфен трещал громче и уже вряд ли мог справиться и с лужей, и с удавкой.

— Вы дураки? — удивился Бритц. — Она шчера. Жареная вкуснее пахнет.

Он воспользовался секундой, пока шчеры переглядывались, и метнулся ко мне. Послышался свист веерных пуль, удары, лязг, визг. Пауки к этому времени разлили столько луж, что вокруг всё горело, да так, что я зажмурилась. Схватка то приближалась, то отдалялась. А я не могла выбраться из лужи. Нимб метил в глаза и ловил макушку, чтобы пролезть на шею. Хромосфен гудел и растрещался на всё болото. Нахель вдалеке сцепился хлыстом с тремя шчерами, Бритца сбивали вибрацией вееров. Я почувствовала жар плазмы и вскрикнула. Было горячо. Страшно. Ещё секунда, и хромосфен лоп…