Книга Эхо Квикторн и Великое Запределье, страница 17 – Алекс Инглиш

Когда Гораций вернулся в замок, Эхо схватила его за руку и затащила в пыльную нишу.

— Ты её достал? – спросила она. Гораций оглянулся через плечо, затем неохотно кивнул и вынул потемневший от времени свиток пергамента.

— Спасибо. – Эхо взяла план у Горация и сунула в один из пышных рукавов. – Увидимся позже.

— Подожди! А как же моя книга?

— Я отдам её потом.

— Когда?

Эхо махнула на него рукавом:

— После того, как я побываю в подземельях.

Гораций разинул рот.

— Но, Эхо, тебе нельзя туда ходить.

— Я не знаю слова «нельзя».

— Но у тебя будут неприятности!

Эхо напряглась, но скрыла свою нервозность за пожатием плеч.

— У меня всё равно проблемы из-за того, что ты на меня донёс. Ещё немного хуже не сделают. – Она достала карту из рукава и рассмотрела её. – Где здесь вход?

Гораций с несчастным видом пожал плечами:

— На плане показано только расположение комнат подземелья. Тут не показано, как туда попасть.

Эхо вздохнула.

— У тебя нет никаких идей?

— Отец проходит туда через главный вход в катакомбы. Но ты никогда не пойдёшь этим путём. Он только для церемониального изгнания.

— Что?

— Когда людей изгоняют из города. Отец отправляет их погибать в Пустошь.

Погибать? Эхо разинула рот от ужаса.

— Умирать? Он действительно так делает?

— Только иногда, – продолжил Гораций. – Но это только для худших преступников. Вроде Микермуса Бритча, когда тот спросил, не слишком ли много денег из казны отец тратит на столовые приборы.

— Его изгнали только за то, что он задал вопрос?

Гораций пожал плечами:

— Это была измена. Отец – король. И он заслуживает хороших ложек. В любом случае, он уже много лет никого не изгонял. Обычно он просто оставляет преступников сидеть в подземельях.

Мысли Эхо вернулись к профессору. Быть пленником в подземельях, наверное, было в десять раз хуже, чем быть запертой в замке. Она положила руку на плечо, чтобы погладить чешуйки Гилберта, и маленькая ящерица ткнулась мордочкой в её щёку.

— Как туда добираются слуги? – подумала Эхо вслух.

Гораций нахмурился.

— Это не может быть домашним заданием. Что ты задумала?

— Кто-то должен кормить заключённых, – сказала Эхо. – И они не проходят через церемониальный вход.

Гилберт запрыгал с лапки на лапку и запищал.

— Точно! – Предвкушение вспыхнуло в груди Эхо. – Кухни, вот и ответ! – Она хлопнула озадаченного Горация по плечу. – Мне пора бежать!

Эхо пронеслась по бесконечным коридорам, нырнув в нишу за бронзовой статуей медведя, чтобы избежать встречи с Гринграссом, одним из самых раздражительных лакеев замка. Она успела дойти до западного крыла, когда её догнал Гораций.

Он подбежал, тяжело дыша, и схватил Эхо за руку.

— Ты не можешь туда пойти, Эхо. Я тебе не позволю.

— Это не тебе решать. – Она отмахнулась от принца, едва не опрокинув вазу с портретом короля Вальберта Третьего. Все ли предки Горация были такими самовлюблёнными? Похоже, так и было.

— Я – наследный принц, а ты – всего лишь воспитанница короля. Ты должна делать, что я говорю.

Эхо закатила глаза и снова двинулась дальше.

— О, правда, что ли?

Гораций поспешил за ней.

— Ну, тогда я пойду с тобой.

Эхо обернулась на него:

— Ты? Зачем?

— Это план моего отца. Если он потеряется, отец поймёт, что это я его взял. Я не так хорош во лжи, как ты.