Книга Маг – хранитель Слова, страница 79 – Владислав Русанов, Вячеслав Теркулов

— Верно.

— А сейчас я поясняю для господина де Грие. Он может обидеться, что выбор пал не на него.

— Ни в коем случае! – замотал головой Квентин. – Ансельм, как поэт, гораздо сильнее меня! Я ему в подмётки не гожусь!

— Что ты такое говоришь? – возмутился Ансельм. – Ты прекрасный поэт!

Аделина снова постучала вилкой по краю бокала.

— Моё сердце, конечно, тает от проявлений вашей дружбы, но избавьте меня, во имя великих сил, от этих умилительных сцен. Оставьте их для романов, когда поэзия прискучит и вы перейдёте к прозе. Всё, что я сейчас говорила, это чтобы между нами, господин де Грие, не осталось тайн. Я попросила господина де Турье создать венок сонетов. Вы преуспели, господин де Турье?

— Да, – кивнул бард.

— Но вы не доверяли их бумаге, как я и просила?

— Ни бумаге, ни пергаменту, ни бересте, ни какому-либо иному носителю.

— Вы держите их в голове?

— Да. Лишь иногда читаю вслух, когда становится совсем невмоготу.

— Зря! – Аделина стукнула кулаком по столу так, что вся посуда подпрыгнула. – Совершенно напрасно! Вы ослабляете тем самым действие магии, не говоря уже о том, что ставите под угрозу свою жизнь! И жизнь вашего друга тоже. Сегодня вы их тоже читали?

— Да… – удручённо проговорил Ансельм.

— Вот теперь я поняла, как вас нашёл слуга Гагтунгра. Теперь все части головоломки соединились! Как же вы, поэты, подвержены желанию показать своё творчество окружающим. Ради этого вы пренебрегаете смертельной опасностью. А ведь я предупреждала!

— Прошу простить моего друга, госпожа Аделина, – сказал Квентин. – Иной раз мне кажется, что это сильнее нас. И чем талантливее поэт, тем необоримее его побуждение. Я-то ещё как-то борюсь. Хотя с каждым годом мне труднее и труднее отказываться от публичных выступлений. Ансельм ничего не мог с собой поделать.

— Он мог, по крайней мере, не читать эти стихи, – вздохнула магичка. – Но… Что сделано, то сделано. Что ж, господин де Турье, пришла пора доверить ваш венок сонетов бумаге.

— Наконец-то! А каков будет тираж?

— Никакой. Книга будет существовать в одном экземпляре.

— Как?

— Вот так. Книга будет отпечатана в одном экземпляре. Никаких черновиков. Вы просто продиктуете текст. Наборщиком будет Теодор.

Кот фыркнул, но возразить не посмел.

— Где вы найдёте типографию, которая согласится работать на таких условиях? – спросил Квентин. – Издатель всегда заинтересован в прибыли.

— Не волнуйтесь, господин де Грие. Это моя забота. Издатель получит такую оплату, что согласится сделать переплёт книги из собственной кожи.

— Что?

— Шучу, конечно. На переплёт пойдёт кожа демона, который пытался вас убить.

— Какая мерзость! – воскликнул Ансельм.

— Значит, кожа бедного молоденького телёнка вам кажется более подходящей? – спросил Теодор, ковыряясь когтем в зубах. – О, времена! О, нравы! И эти люди что-то говорят мне о добросердечии и милосердии.

— Но демон…

— По-моему, замечательная идея! – рассмеялась Аделина. – Признаюсь, она пришла мне в голову совсем недавно. Во-первых, это будет служить неким напоминанием о тех обстоятельствах, при которых мы с вами сегодня встретились, а во-вторых… – она задумалась, рисуя вилкой в воздухе замысловатый узор.

— Что?

— Во-вторых, при соответствующей обработке обложка хотя бы частично будет отпугивать других демонов. Нет, идея просто великолепная! Всё, решено. Будет по моему слову. – она обвела взглядом собравшихся за столом. – А не потребовать ли нам по этому случаю ещё одну бутылку игристого? И почему вы ничего не едите? Угощайтесь, господа поэты! Всё такое вкусное! Теодор подтвердит.