Книга Дети Богов и Воинов, страница 189 – Шона Лоулес

Услышав за спиной шелест, я подняла сумку.

— Возьми это, – сказала я, решив, что Оха или Тейг вернулись мне помочь.

Но это оказался кое-кто другой.

По каменной стене над моей головой прыгала с места на место лоснящаяся черная птица, с каждым шагом обрушивая на землю крошево старой извести. Затем ворон вспорхнул в небо и улетел.

Гормлат

сидела на кровати и наряжалась перед свадебной церемонией. Все рабы уже разбежались: они предпочли убраться из города раньше, чем Бриан и его обещания свободной жизни. Некоторые удрали на юг, прихватив остатки золота и серебра, которые не прибрали к рукам манстерские воины. Остальные стащили лодки и устремились к английским берегам. Им стоило поторопиться: надвигалась очередная буря, которая могла отправить их на морское дно. Хорошо бы так и вышло. Свадьба короля Дублина и принцессы из Манстера заслуживала грандиозного пира, но чтобы все это приготовить, испечь, подать и разлить, требовались рабы. Король Бриан согласился поделиться украденным вином, но без еды и музыки церемония обещала стать унылым событием.

Все это не имеет значения. Ситрик снова сидит на дублинском троне – вот что действительно важно. Король Бриан согласился выдать Слойне за моего сына и пообещал оставить Ситрика королем. Да и как он мог поступить иначе? Как я и рассчитывала, моя дружба с Олафом и ярлом Оркни его напугала. В кои-то веки ко мне хоть кто-то прислушался. Оказалось, что Бриан Бору отнюдь не глуп.

Я нацепила сережки и пристегнула к платью фибулу. Больше у меня не осталось украшений, если не считать колец, которые я носила в тот час, когда воины Манстера ворвались в Дублин. Я любовалась сиянием драгоценностей в скудном солнечном свете, проникающем через приоткрытую дверь.

— У меня для тебя кое-что есть.

В мой дом вошел Малморда с небольшим мешочком в руках. Брат бросил его на шерстяное одеяло, и завязки распустились.

— Мои украшения! Да еще и самые ценные! – Я невольно улыбнулась при мысли, что Бриан и его воины не сумели наложить свои грязные лапы на все, чем я владела. – Теперь-то я покажу этим манстерским варварам, что такое настоящая утонченность.

Брат присел на кровать и пожал плечами:

— Не знаю, что и сказать. Я по дороге заглянул в чертоги, и эта Слойне диво как хороша собой. Такая миловидная и невинная. Боюсь, сестренка, сегодня она тебя превзойдет.

— В украденном платье и украденных украшениях?

— В платье и украшениях, завоеванных ее отцом в честном бою.

Я погладила кольца и браслеты, которые вновь вернулись ко мне, и решила не обращать внимания на колкости брата. Поражение при Гленмаме – и его вина. Я гадала, как у него вообще хватает духу оставаться здесь. Король Бриан отобрал у него власть над Ленстером и собирался передать ее сыну Доннахи. Даже для меня стало невыносимым позором слышать, как король другой провинции заставляет Малморду повиноваться. Подчинятся ли такому вождю его собственные воины? Впрочем, Малморда всегда был слабаком. Вот и сейчас он осыпал меня оскорблениями лишь потому, что дразнить кого-то другого у него не хватало смелости.

— А ведь я оказалась права, – заметила я с усмешкой.

— Насчет чего?

— Я же говорила, что Ситрик никогда не выдаст меня за Мурху без моего согласия.

Малморда молча сидел рядом.