Книга Мое сердце переехало, страница 59 – Мишель Бюсси

Сидя там, где ты сидишь, ты смотришь на проходящие мимо семьи, коляски, слезы мальчишки из-за того, что ему не купили сахарную палочку, жалобы подростка на то, что слишком холодно, но на этот раз никто не смотрит на тебя.

Ты просто обычная девочка со своим папой.

Может, чуть слишком ласковая, но я знаю: если ты и показываешь Джо свои чары, то не для того, чтобы он купил тебе ещё кренделей, а потому, что хочешь, чтобы он согласился выслушать твои вопросы — те вопросы, которые я, его дочь, никогда не осмелилась бы ему задать, и на которые ты принесешь мне ответы.

Спасибо, Нина, даже если я повторяю это снова. Будь осторожна!

Ты снимаешь перчатки и греешь руки об кружку с горячим вином. Ты пьешь его впервые и находишь его довольно… пряным. Ты смотришь, как на поверхности плавают апельсиновые корки и гвоздики, прежде чем начать.

— Джо, ты помнишь того нового свидетеля, о котором я тебе рассказывала на ярмарке, того в чёрной толстовке с капюшоном?

Жоселин обмакивает губы в глинтвейн, а затем в бокал рождественского пива, который он заказал вместе с ним — так он делает, чтобы не обжечься.

— Да… Но, как я уже говорил, я его не помню.

Жоселин не злится. Он отвечает спокойно, без раздражения. По-твоему, с его неаккуратно подстриженной бородой и шапкой докера он походил на старого Санта-Клауса, страдающего болезнью Альцгеймера. Просто прелесть! Повторяю тебе, Нина. Будь осторожна.

Ты настаиваешь.

— Помнишь, я тебе также рассказывала о каком-то вспышке. Возможно, это была вспышка фотоаппарата. Так вот, Фолетт нашла эту фотографию! Она была сделана сразу после аварии. Мама Фолетт, то есть твоя бывшая жена, лежит на объездной дороге перед чёрным «Вольво.

Как ты думаешь, Джо действительно пытался сосредоточиться. Лоб морщинистый, руки ровно лежат на столе, не касаясь двух стаканов, словно он пытается пробить туман, затуманивающий его мысли.

— Я уже говорил тебе, Нина… Когда я подбежал к пешеходному мосту, Мая уже упала. Несколько машин остановились. Я совершенно не помню ни их марки, ни цвета — ты же понимаешь, что я смотрел на тело Майи, а не на кузова рядом. Но копы сделали десятки фотографий.

Продолжай, задавай ей вопросы, которые я тебе продиктовала.

— По словам Фолетт, машина того парня, который занимался вашей семьёй в рамках опекунства, была такой же. Чёрная «Волво»…

Джо по-прежнему не шевелится.

— Если она так говорит… Я никогда не видел его машину. Я даже не знаю, приезжал ли он на проверку в дом «Сорано» на машине, на автобусе или на велосипеде. Мерзкий придурок, любитель поучать других. У него было такое коварное лицо, которое мне не нравилось. Я избегал его, как только мог. Как его звали? Витрам? Или Видам, что-то в этом роде? Ричард — это я помню, его имя ему очень шло! Богач до ушей, а нас просит экономить!

Мне очень понравились слова, которыми папа отзывался о Видаме, мне очень понравилось, когда ты их мне повторила. Это не означало, что я прощала папу. Далеко не так. Зато то, что было дальше, меня удивило.

— Как только я узнавала, что Витрам будет там, я не возвращлся домой. Мне больше нравилось, когда к нам приходила мадам Губер, социальная работница, чтобы помочь нам свести концы с концами. Но это бывало редко, она приходила только тогда, когда у той гиены не было времени.