Книга Волк без присмотра, страница 32 – Ливи Лэм

Меня слегка передёрнуло, и это не могло ускользнуть от внимательного взгляда, направленного на меня. В этом мы были действительно похожи: у нас была нездоровая тяга к незначительным деталям.

— Преступник же наверняка связывался с вами, правда ведь? – уверенно спросила я. – Написал письмо или передал послание через адвоката?

— Думаете? – Интонация в его голосе изменилась.

— Он же ваш подражатель, вы для него словно учитель, Ким Минсок.

Заключённый приподнялся со стула и наклонился вперёд настолько, насколько позволяло стекло. Двое охранников за его спиной засуетились. Теперь он смотрел на меня сверху вниз, показывая тем самым своё превосходство.

— А вы уверены, что он именно мой подражатель? – тихо спросил он. – Охрана, мы закончили. До встречи, Лина.

Он кинул трубку на стол и в ожидании надзирателей, которые сопроводят его обратно, прожигал меня взглядом.

Как только охрана вместе с Минсоком скрылась за дверью переговорной комнаты, я задышала так громко и так часто, что у меня закружилась голова. Чувство было такое, словно я посмотрела в глаза смерти. Я кинулась прочь из помещения и, рывком открывая дверь, оказалась в коридоре. Заместитель начальника тюрьмы встрепенулся от моего внезапного появления. Но дальше двери я не двинулась и не сразу поняла почему, а потом заметила, что Джинхо удерживал меня за запястье. Хватка его была твёрдой, но при этом неболезненной, и, как только я посмотрела на его руку, он тут же её разжал и быстро спросил:

— Что случилось?

— Нужен телефон, сейчас.

Путь от комнаты для посещений до железных ворот тюрьмы «Аньян» оказался быстрее, чем наоборот, и, как только моя нога ступила за территорию исправительного учреждения, я кинулась к машине и не сразу поняла, что сержант бежит следом за мной.

— Лина, что происходит?

Я ничего не ответила и даже не сразу заметила, что Пак Джинхо резко опустил формальности. Открыв пассажирскую дверь, я трясущимися руками схватила телефон, который оставила в машине, прежде чем мы вошли в тюрьму. Несколько мгновений понадобилось для того, чтобы открыть нужную интернет-страницу, пальцы всё время дрожали, и я несколько раз выругалась, когда в очередной раз нажала на ненужную ссылку.

И когда перед моими глазами оказалась страница с вебтуном, который издательство решило выпустить перед публикацией «Красной мантии», сердце ухнуло вниз.

— Я совсем про него забыла, совсем забыла, совсем…

— Ким Лина, объясни мне, что происходит? – Сержант выхватил телефон из моих рук и непонимающим взглядом уставился на экран.

— По вебтуну, – задыхаясь, выпалила я, – подражатель убивает по вебтуну.

Я сидела за рабочим столом, не моргая уставившись в монитор компьютера. Ли Вонсон расхаживал по кабинету. Мужчина что-то говорил и при этом активно жестикулировал, но я не слышала ни звука. Словно получив крепкий удар по голове, я стала глухой, и всё, что осталось, – это непрекращающийся звон в ушах.

С того момента, как мы с сержантом Паком побывали в тюрьме и говорили с Ким Минсоком, прошло восемь дней. За это время я прожила гораздо больше эмоций, чем в те дни, когда дела мои были совсем плохи.

Сейчас чувство тревоги никак не проходило, а лишь усиливалось с каждым новым часом, проведённым в ожидании. Оно меня изматывало, я не могла работать, плохо спала и мало ела. Бо́льшую часть времени я сидела в рабочем кресле, предаваясь раздумьям, и всегда перед глазами лежал мобильный телефон, который своим молчанием волновал меня ещё сильнее.