Книга Похищение с огоньком, страница 48 – Айская

Расстояние между ними исчезло. Его рука, не раненая, поднялась и коснулась её щеки. Грубые подушечки пальцев скользнули по влажной коже к её губам. Это было одновременно вопросительно и властно. Он потянул её к себе, и их губы встретились в нежном поцелуе. Василиса вцепилась пальцами в его волосы; он притянул её к себе так, что перехватило дыхание и они упали на кровать. Его губы переместились на её шею, к ключице, оставляя влажные горячие следы.

Фархад понимал, что это ошибка, но тело не слушалось. А потом — резкий удар трезвости: Лейла, сделка, обязательства. Мгновение — и страсть начала остывать, сменяясь холодным, резким осознанием. Он отстранился тяжело дыша, сел на кровати, проводя здоровой рукой по лицу.

— Это… — он с трудом подбирал слова. — было глупо.

Василиса, сгорая от стыда и внезапной пустоты, резко натянула тунику. Она хотела ударить его, но рука дрогнула. Вместо этого она выпалила:

— Ага, — выдавила она. — Очередная глупость в нашем общем списке.

— После всего, что было… адреналин, ты рядом… — пробормотал он, натягивая футболку, будто пытаясь создать барьер. — Ты меня отвлекаешь.

— Лейла. — прошипела она, и вся её нежность моментально испарилась, сменившись ледяной яростью. — Твоя бывшая. Твоя почти-невеста. Перед которой ты должен предстать с новой пассией. С псевдо-девушкой. Своей… что я там по сделке? Агент по недвижимости с бонусом в виде притворства?

— Не начинай, — предупредил он, сжимая зубы. — Ты ведь сама на это согласилась.

— По-моему, ты только что сам всё и начал! — Она фыркнула, и её глаза блеснули злые огоньки. — Или это тоже часть спектакля? Репетиция страстной любви для публики?

Фархад поднялся с кровати. Его лицо окаменело.

— Если бы ты не была такой бесячей, мне бы не пришлось притворяться! Всё остальное… — он махнул рукой в сторону помятой постели, — было следствие выброса общей идиотии.

— Самым большим идиотизмом было согласиться на твоё дурацкое предложение, — она язвительно рассмеялась, но в горле встал ком. — Наш договор... Ищи себе другую актрису для этого цирка! Ты даже в поцелуе играешь роль. Браво, Оскар тебе обеспечен!

Она резко развернулась, чтобы уйти, но он успел схватить её за локоть — не больно, но твёрдо.

— Я тебе половину суммы отдал, так что придётся притворяться. — его голос звучал совершенно спокойно. — Ты будешь улыбаться, и держать меня за руку, и смотреть на Лейлу так, будто она для тебя пустое место.

Василиса вырвала руку.

— Не волнуйся, на юбилее твоего папочки я сыграю свою роль безупречно. Буду смотреть на тебя такими влюблёнными глазами, что даже Лейла поверит. А потом заберу свои деньги и исчезну. И мы оба наконец забудем эту… эту комедию ошибок. — Она прошептала это, и в этих словах не было ни капли правды, отчего было ещё больнее.

Василиса захлопнула дверь, не дожидаясь ответа, и почти бегом побежала в свою комнату. В ушах ещё стучал пульс. На губах горел вкус его поцелуя — поцелуя, который стал новой ловушкой для Василисы. Но самой страшной игрой, как она теперь понимала, было притворяться, что всё что, с ними произошло и происходит, ничего не значило.

Фархад хотел сказать что-то резкое, но вместо этого выдохнул:

— Слава Всевышнему, это взаимно, — бросил он в ответ, и это тоже была ложь, горькая и ненужная.