Книга Проблемный игрок, страница 48 – Пайпер Рейн

— А я даже не догадался поискать информацию, — произношу я не ради комплимента, а просто потому, что это чистая правда.

Хедли поворачивается, но Таннер издает громкий, радостный визг, и она тут же переводит взгляд.

Кто бы мог подумать, что придется бороться с собственным сыном за ее внимание?

— Что?

— Я про омлет, — я киваю на тарелку с ложкой в ее руках. — Просто покупал то, что Келли, Пенелопа и Лейтон посоветовали в первый вечер. Мне и в голову не пришло проверить, можно ли давать нормальную еду.

Хедли зачерпывает еще одну ложку.

— Гугл — мой лучший друг.

— Оно и видно, — Таннер открывает рот еще до того, как успевает приблизиться ложка. — Ему нравится.

— Даже очень, — уголок губ ползет вверх прежде, чем она успевает это скрыть.

Хедли гордится собой.

Но вслух этого не скажет. Скорее отшутится или вовсе отмахнется.

Я выдвигаю стул напротив, сажусь и скрещиваю руки на столе. Какое-то время мы оба молчим, и тишину нарушают лишь возмущенные вскрики Таннера всякий раз, когда ложка слишком долго добирается до рта.

— Значит, — произносит она, не отрывая взгляда от малыша. — Публичное предложение.

— Ага.

— И когда?

— А вот этого я не скажу.

Хедли наконец переводит на меня взгляд, а плечи поникают.

— Истон.

Я примирительно поднимаю обе руки.

— Приказ агента, Джаггера. Он хочет, чтобы удивление было искренним.

— То есть ты заявил, что сделаешь мне предложение, но не говоришь когда, — она снова наполняет ложку. — и это ни разу не заставляет нервничать.

— Я помню, что у нас жесткий график, — я подмигиваю.

— А теперь каждый день придется следить за тем, чтобы макияж был безупречным и наряд симпатичным, пока этот момент не настанет.

— От тебя требуется только сказать «да».

Она замирает. Затем снова переводит взгляд на Таннера.

— И что делать? Ну, когда ты спросишь. Какая реакция будет правильной?

Именно поэтому я и сомневался, стоит ли вообще говорить о предложении. Джаггер был против, но я не собирался огорашивать Хедли масштабным шоу с парнями, снимающими все на телефоны у меня за спиной. Мы все-таки в одной лодке, и было бы неправильно держать ее в неведении.

— Любая, которую ты сочтешь правильной.

Она сердито зыркает на меня, но тут Таннер снова стучит по столику. Хедли со смехом выкладывает пару кусочков омлета прямо перед ним.

— Очень помог, Истон. Мне кричать? Прикрыть рот рукой? Может, стоит на ночь посмотреть видео с предложениями, чтобы подготовиться?

Таннер пытается схватить кусочек яйца, и я пользуюсь моментом, чтобы до нее достучаться.

— Хедли, — я жду, пока наши взгляды не встретятся. — Смотри на меня. Не на камеры, не на окружающих. Смотри только на меня, и какой бы ни оказалась реакция — она будет правильной.

Хедли не отрывает от меня глаз.

— Ладно, — тихо отзывается она.

Таннер звонко хлопает ладошкой по столику.

Хедли снова смеется и зачерпывает еду.

— Не даешь с папой поговорить, да?

То, как она называет меня «папой», выбивает из колеи. Быть может, нужно поправить, но ведь она права. Таннер — мой сын, а я — его папа. По-прежнему кажется сюрреалистичным.

Я встаю из-за стола и начинаю рыскать по шкафчикам в поисках того, из чего можно сообразить ужин. Я зверски голоден, да и надо чем-то занять руки, чтобы не сидеть и не пялиться с восхищением на то, как Хедли заботится о моем сыне.