Онлайн книга «Владелица усадьбы Карантар»
|
Девушка остановилась перед высокими двойными дверями из тёмного дерева, с бронзовой инкрустацией, изображающей, кажется, семейный герб императорского дома. Я успела разглядеть орла с распростёртыми крыльями и переплетённые лавровые ветви, прежде чем она взялась за массивную ручку. Двери распахнулись бесшумно – искусные петли не издали ни звука, – и она жестом пригласила войти. — Малая гостиная, госпожа. Желаю приятно провести вечер. Я шагнула внутрь. Глава 2 Глава 2 Глава 2 Я шагнула за порог, и гул голосов накрыл меня с головой. Малая гостиная оказалась вовсе не такой уж малой – просторный зал с высокими сводчатыми потолками, расписанными сценами из древних мифов. Всё это в тяжёлых золотых рамах лепнины, которая, казалось, давила сверху своей вековой торжественностью. Стены были обиты тканью глубокого винного цвета, и при свете свечей эта ткань отливала пурпуром, создавая ощущение, что ты находишься внутри огромной драгоценной шкатулки. В нишах мерцали канделябры с сотнями свечей – их пламя дрожало от сквозняков, бросая на лица гостей подвижные тени, отчего каждый человек казался немного актёром на сцене, а паркет блестел так, что в нём отражались огни, и я на мгновение залюбовалась этим двойным миром – верхним, живым, и нижним, перевёрнутым, скользящим под ногами. Народу уже собралось довольно много. Я оценила число на глаз – человек шестьдесят, не меньше, и это только в одной гостиной, а ведь были ещё соседние залы, куда то и дело выходили гости и откуда доносились новые голоса. Дамы в пышных платьях всех мыслимых оттенков, с высокими причёсками и веерами в руках – веера двигались непрерывно, то раскрываясь, то закрываясь, и это мелькание напоминало мне стаю пёстрых бабочек, застывших в замедленном полёте. Мужчины в тёмных камзолах, расшитых золотом и серебром, при шпагах и с орденами на груди, держались более сдержанно, но я замечала, как их взгляды скользят по залу – так же, как мой, оценивающе и цепко. Воздух был густым от смеси дорогих духов, воска и лёгкого аромата закусок, доносившегося из соседнего зала. В этой духоте чувствовалось напряжение – то особенное, предпраздничное напряжение, когда каждый помнит, что его видят и оценивают, и старается выглядеть естественно, хотя естественность здесь была такой же искусственной, как завитые локоны и припудренные лица. Я остановилась на пороге, позволяя себе короткую паузу, чтобы осмотреться и привыкнуть. Мой взгляд скользнул по толпе, отмечая группы, пары, одиночек. Вот стайка молодых девиц, хихикающих за веерами и бросающих взгляды на проходящих офицеров – их смех был слишком громким, движения слишком порывистыми, и я подумала, что они, наверное, впервые на таком балу и ещё не научились скрывать волнение. Вот пожилая пара, чопорно восседающая на диване у стены: он с медалью на отставном камзоле, она в тёмном, немодном платье, – видно, что приехали по обязанности, не столько веселиться, сколько обозначить своё присутствие. Вот группа мужчин в деловых костюмах, явно купцов или банкиров – они говорили оживлённо, жестикулируя, и явно не о погоде. Я заметила, как один из них, пожилой, с цепким взглядом, обернулся на меня, и наши глаза встретились на мгновение, прежде чем я отвела взгляд. Ни одного знакомого лица. Что, впрочем, ожидаемо. Я не ждала, что здесь окажется кто-то из моих поставщиков или партнёров – их место на ярмарках и в конторах, а не среди императорских придворных. Но это отсутствие знакомых лиц имело и свою выгоду: я могла смотреть на всех как на незнакомцев, не отвлекаясь на необходимость приветствий и светских любезностей. |