Книга Ключ к Эверленду. Хроники Вигора, страница 54 – Юлия Васильева

— Софи?

— Да, Лия?

— Помнишь, ты просила нарисовать твой портрет? Тебе любопытно было, как я тебя вижу.

— Конечно, помню, но ты не обязана... — демонстративно пытается отмахнуться блондинка. Но теперь я замечаю в её глазах больше. На самом деле она всё это время ждала.

— Я не бралась раньше, потому что не могла поймать целостный образ, — говорю я, попутно выкладывая из сумки палочки угля. — Но теперь я абсолютно готова изобразить тебя, — раскрываю блокнот на чистой странице и смотрю на Софи поверх него.

Моя рука зажата от напряжения, и штрихи выходят слегка неуверенными. Но именно портрету Софи такие несовершенства идут только на пользу. Получается не просто эскиз, а отображённая на бумаге эмоция.

— Ты и в церковь не пришла, — размышляет вслух Софи. — Если я могу чем-то помочь, буду рада.

Я лишь киваю, не отрываясь от процесса. Теперь вижу в ней лишь любезность, и, признаться, это задевает. Постепенно зажимы уходят, и процесс изображения идёт изящнее и плавнее.

— Я тут узнала легенду Ле-Клерк. Любопытно, как считаешь?

— Для нас такое положение дел привычно. Мы всегда так жили, считай странность местных, — пожимает плечами Софи.

Я добавляю финальные аккорды эскизу, разбирая мысли о девушке по полочкам. Она с самого начала пыталась показать себя беззаботной простушкой, но если вдуматься, то ни разу не ударялась в сплетни. Она говорила, что хочет мне помочь лишь однажды, в самом начале, но дальше этот сценарий не повторялся. Я начинаю хрупкие темы, а она лишь уклоняется в ответ, как сейчас.

Я заканчиваю набросок, вырываю лист из блокнота и дарю его блондинке на память.

— Как прелестно, Лия! Но, думается мне, ты меня приукрасила, уж очень хороша. — Софи с восхищением рассматривает подарок.

Мне больше не хочется тут находиться. Я ожидала от неё большей искренности, но не виню Леруа, что она отказалась оправдывать чужие ожидания. Как часто мы ждём от других, что они будут действовать, как мы придумали у себя в голове? Смешно скорее то, что я думала, что спасаю от одиночества Софи, в то время как на самом деле это она спасала от него меня. Правда в том, что актрисе хорошо одной. Хорошо, потому что привычно. Я поднимаюсь.

— Со мной всё в порядке, Софи, просто в последнее время быстро устаю. Наверное, это тоска по дому.

— Останься, посмотрим какую-нибудь мелодраму? — похоже, искренне, с толикой печали в уголках рта предлагает хозяйка.

— Хочу вернуться домой, — отрицательно качаю головой. — Но я рада, что мы увиделись!

— Я тоже! — Она уже накрывает мои плечи руками, чтобы затянуть меня в объятия.

Мы прощаемся и желаем друг другу приятного вечера, но на самом деле это пожелание дальнейшего лёгкого пути. Ведь каждая из нас теперь пойдёт своей дорогой. И вот я выхожу на улицы вечернего Вигора. Воздух напоминает прохладой о том, что до конца каникул осталось ничтожно мало времени. Я уже и забыла, что за пределами этого городка существует совсем другая жизнь. Она кажется мне нереальной, словно сон, что помнишь лишь урывками поутру. Там, за горной грядой осталось всё, что я люблю, и в то же время здесь я научилась любить то, что не умела там, в настоящем. Наслаждаюсь прогулкой, рассматривая острые шпили центра, не спеша продвигаясь в сторону тенистой улицы.