Книга Поющие золотые птицы. Рассказы о хасидах, страница 71 – Дан Берг

На утро, однако, когда мысли Григория, казалось, должны были бы проясниться, отец услышал от сына все тот же бред. Крутой отцовский отказ был ответом неразумному бездельнику.

Лишенный надежды, юный влюбленный слег и таял день ото дня. Вердикт доктора был жесток для страдающего отца: если не уступить сыну – умрет от любви.

* * *

Стал помещик думать, как горю помочь. “Дам сыну благословение. Но устрою так, чтобы решение мое заблаговременно и невзначай дошло до трактирщика. Тот, небось, еще меньше меня хочет такого брака. Евреи – народ хитрый и изворотливый. Узнает в чем дело, непременно изобретет трюк и расстроит свадьбу. Пусть воюют другие! Зато мой простак останется с отцовским благословением, и не солоно хлебавши. А мне того и надо”.

Гриша пирует с друзьями на радостях. Скоро, скоро явится он к отцу Оснат просить руки дочери. Да, что там просить – требовать, коли в руках у него письменное благословение всевластного родителя его, самого помещика. А тем временем, тайно подосланный барином человек доложил трактирщику о намерениях Григория.

— Господи, милосердный, за что такое горе мне!? – возопил хозяин трактира, узнав о беде, – жена, скорей сюда, послушай-ка, что нас ждет!

— Думай, думай, как выпутаться из беды, – сохраняя хладнокровие, отвечает супруга.

— Ведь как берегли, глаз не спускали с нее, и вот, поди ж ты…

— Будет причитать, давай думать вместе.

Думали, думали и придумали.

* * *

Вот приехал жених свататься. Во дворе трактира полно народу. Одни евреи кругом. Нарядные, веселые. Музыка играет.

— Заходи, молодой барин, уважь наш праздник, выпей с нами чарку, – кричит трактирщик Григорию, а лукавую улыбку в усах прячет.

— Какой праздник сегодня у евреев? – спрашивает жених

— Свадьба у нас, дочку замуж выдал. Раздели нашу радость.

Побледнел Гриша. Отшатнулся. “Опоздал”, – подумал. И ушел прочь.

А трактирщик дождался, когда гости разойдутся, и призвал к себе в комнату новоиспеченного мужа.

— Спасибо тебе, дружище, – сказал трактирщик и, озираясь, сунул в карман зятя перевязанный крест-накрест маленький сверток.

Новым родственником хозяина трактира стал его давнишний друг – пожилой, вдовый и бедный меламед из соседнего города, за гроши учивший ребятишек Святому писанию.

— Мы с тобой берем грех на душу, приятель, – сказал меламед другу и тестю.

— А отдать дочь в жены христианину – не грех? Мы грешим оттого, что несчастны. Из двух грехов я выбираю меньший, – возразил трактирщик и значительно поднял вверх указательный палец.

— Поживешь у меня несколько дней. Отдельная комната для тебя приготовлена. А там, с Божьей помощью, раввин рассмотрит ваше с Оснат дело, и получите развод, – добавил хозяин трактира.

— Да, да, с Божьей помощью, – криво усмехаясь, заметил меламед, имеющий репутацию человека праведного.

План трактирщика удался на славу. Живя в доме тестя, новобрачный ни разу не уединился со своей молодой красавицей женой. И не искал уединения, ибо уговор и деньги – дороже пустяков. А потом, как и было задумано, к делу притянули раввина. И тот, под давлением законных и диктующих недвусмысленное решение причин, развел молодоженов.

— Ай да трактирщик, ай да хитрец, еврейская голова! – радостно воскликнула Голда.

— Не торопись, Голда, послушаем лучше, что нам скажет реб Арон, – урезонил жену раби Яков.