Книга Светлый град на холме, или Кузнец, страница 134 – Татьяна Иванько

Сигню тоже здесь. Она сидит в низком кресле, от этого её длинные бёдра проступают под юбкой и чуть приподнявшийся подол показывает мне и край кружевной сорочки из дорогого тончайшего льна, который делают только в Сонборге, и узкие лодыжки в ажурно связанных чулках. Башмачки из мягкой кожи… Я не смотрел на неё, я всё это увидел за один миг, один взгляд.

— Ты бы ещё мамочку позвал, — усмехаюсь я.

— Мамочка не дроттнинг Свеи, — не улыбаясь, говорит Сигурд.

— Да ладно, не надо суровости, а то я решу, что ты хочешь предупредить, что идёшь на меня походом, — снова пытаюсь пошутить я.

— Я не стану вам мешать, — Сигню встаёт, собираясь уходить. — Без меня вы договоритесь быстрее и лучше, как дядя и племянник. Как старые товарищи. Так ведь? В таких разговорах женщина — только помеха.

Для меня она помеха. Я рад, что она ушла, её присутствие мешает мне трезво мыслить и верно просчитывать шаги и подбирать слова. Но сначала я послушаю Сигурда.

— Я не хочу воевать Асбин, Ньорд, но Свея должна быть единой страной. Ты останешься конунгом в своём йорде, но станешь подчиняться мне и законам Свеи.

То есть для меня ничего не меняется…

Эх, Сигурд, со своей силищей ты мог бы согнать меня к чертям собачьим и должен был это сделать для безоговорочного единства твоей Свеи, больше того — прикончить должен бы меня.

Но родственные чувства подводят тебя и память о нашем общем детстве. Что ж, ты всегда был добрым мальчишкой. Может, когда-нибудь я вспомню об этом дне и не убью тебя…

Сигурд, будь твоя жена другой, не знаю какой, но другой, не Сигню, жили бы мы с тобой бок о бок как дядюшка с племянником. А потом поженили бы наших детей, и Асбин сам собою влился бы в твою единую страну… Полагаю, ты думал именно так, когда начинал наш разговор. Беда в том, что я думаю иначе. И в ту минуту, когда ты полагаешь, что закончил объединение твоей страны, собрал все земли Свеи под свою руку, когда ты радуешься мирному присоединению и моего Асбина, я начинаю обдумывать, как я отберу у тебя всё.

Мне никогда не нужна была вся Свея. Я никогда не обладал твоим самомнением, твоей гордостью рождённого конунгом. Я всегда был лишь младшим сыном. И Асбина с прилегающим Гёттландом мне было более чем достаточно для моей приятной жизни. Пока я не увидел твою жену. Вначале на вашей свадьбе, но тогда я решил, что это лишь воздействие хмельного…

А теперь, прости, Сигурд, я всегда тебя любил…

И теперь люблю тебя. Наверное, только тебя, даже моих детей я люблю меньше или тем более мою хитрую сестру.

Но я отберу у тебя всё. Потому что ОНА твоя. А я теперь не хочу ничего так, как ЕЁ. Почему? Я этого сам не понимаю.

Мы почти поссорились из-за Ньорда. Я настаивала, что Асбин должен стать такой же частью единой Свеи, как все прочие йорды. Пусть Ньорд остаётся фёрвальтером, как Рангхильда в Брандстане. Но Сигурд настаивал на том, чтобы Ньорд оставался конунгом, хотя и под рукой Свеи.

Я не знаю, как бы я поступила на месте Сигурда. Может быть, так же как и он.

У меня не было кровных родственников, я не знаю, каково это. Но вот Хубава или Ганна. Или Боян. Или Легостай. Но они не были конунгами, и мне не надо было бы делить с ними власть…

Так что как бы не пыталась, я всё равно не могла представить себе, что должен чувствовать Сигурд, когда мы заговорили об Асбине и Ньорде.