Книга Светлый град на холме, или Кузнец, страница 88 – Татьяна Иванько

Неужели, завтра битва? Как я пойду в бой? Может, меня убьют, слава Богам, на этом и кончится эта мука…

На вершине холма алый шатёр конунга. Внизу, посреди обширной, не совсем гладкой равнины, крепость Норборна. Это главный город большого, но бедного северо-западного йорда. Они готовы, они ждут нас.

Конечно, эта крепость не чета Сонборгу или Брандстану, но укреплена неплохо.

От алой ткани шатра будто исходит огонь силы. Герб Самманланда гордо реет на знамени. Орёл с головами на север и на юг, на Брандстан и на Сонборг. Мы пришли под стены Норборна, чтобы и его взять под крылья нашего орла.

В этом шатре собрались все сотники и десятники. Сигурд в короне, алой рубашке, Сигню за его правым плечом тоже в короне на распущенных волосах, в алом платье, в богатых украшениях из серебра и золота и голубой драгоценной эмали.

За левым плечом конунга — Гуннар, сосредоточенный и строгий, впрочем, как обычно. После своего возвращения, когда я присоединился к моим товарищам, я сразу отметил, что Гуннар вполне пришёл в себя после нашей с Агнетой помолвки и свадьбы. За месяц, что прошёл с помолвки тогда, он исхудал, буквально почернел и пил беспробудно, а сейчас — опять румян, силён, держит голову высоко, будто и не получал отравленного копья в спину по самое древко… Моего копья. Мой удар был меток, я сильно уязвил везунчика, чёртова воеводу.

Но я попал и в себя. Оружие оказалось обоюдоострым. Оказалось, быть женихом, любовником куда легче и приятнее, чем мужем. Тем более, если твоя жена беременна. То она опасается за чрево, то расстраивается, что ты разлюбил её и не хочешь больше заниматься любовью, то пугается каких-то снов, то просто недомогает.

Словом, я измучился. Оставаться нежным и любящим к милой Вита Фор становилось всё сложнее день ото дня. И огромным облегчением, даже счастьем для меня стало присоединение к походу.

Я вдруг, впервые в жизни, понял, до чего я люблю их, моих товарищей, кого, как я считал, я ни во что не ставил, всю жизнь пакостничал им и презирал… До чего они близки мне, как мне хорошо с ними, что в действительности, они всегда были моей настоящей семьёй.

Ах, милая Вита Фор, милая мягкокожая моя Агнета, как она плакала, бедняжка, провожая меня… А мне так хотелось поскорее вырваться из её объятий, чтобы глотнуть воздуха, наконец. И вот он мой воздух — поход. И мои друзья. Торвард, восторженный придурок, всегда с улыбкой в глазах.

Гуннар, проклятый любимчик конунга, воевода Самманланда. Исольф — холодный, будто лёд, но с жарко вспыхивающим временами взглядом, куда более умный и страстный, чем все думают. Рауд, сын линьялен Сонборга, которому никогда не сидеть на его троне. Стирборн, прозванный Нестом за близость к Сигню. Сигню… И ты Сигурд, мой конунг, мой молочный брат… Я всю жизнь бешусь от зависти к тебе. Но сегодня я не могу не любить тебя, не восхищаться тобой. Так хорошо как сегодня я никогда ещё не относился к ним ко всем.

Предвкушение битвы радостными бурлящими пузырьками бежит по моей крови, заставляя подрагивать в возбуждении. Я радостно взволнован как жених перед свадьбой, пред брачной ночью. Я не был таким женихом. Сигурд был. Зато сейчас я такой «жених». Перед битвой.

Но не станет ли моей невестой Смерть?…