Книга Элиза и ее поклонники, страница 117 – Дженнифер Адамс

— Ступай к нему и расспроси. Он должен пригласить нас всех на свадьбу! – протрубил Сергей и с хохотом прибавил: – Или на крестины!

Раздраженный, Франц покинул «Баденский двор» и побрел домой. Путь ему освещала луна, выглянувшая из-за облаков. Она была большая и круглая… Впрочем, нет, не совсем круглая. Росла она или убывала? Франц никогда не умел разбираться в этом.

Ночная прохлада не выветрила водочных паров из головы молодого фон Фрайберга, и к тому времени, когда он достиг летней резиденции своего семейства, его решимость разобраться в обстоятельствах частной жизни друга только окрепла.

Филипп вздумал жениться? Ха! Если даже и так, то почему молчал? Отчего не рассказал ему, Францу, о приключениях на маскараде? Они же друзья! Или нет?

Было уже поздно. Вернее, рано. Половина пятого. В доме все спали. Тем лучше. Значит, Франц сможет поговорить со своим гостем так, чтобы никто не услышал. Вероятно, Филипп только потому и молчал, что до сих пор приятели не оставались наедине?

Сняв шляпу в передней, молодой граф стал подниматься по лестнице. Вообще-то он ужасно утомился. Может, лечь поскорее в постель, а разговор отложить до завтра? С другой стороны, неужто он не найдет в себе сил, чтобы преодолеть какие-то несколько ступеней, отделяющие его от истины?

Франц мощно зевнул, поднялся на третий этаж и, толкнув дверь, за которой спал его друг, вошел в залитую лунным светом комнату.

Филипп резко сел в постели. Голый по пояс, он схватился за одеяло, как будто хотел… что-то или кого-то спрятать! Он был не один?

— Франц, чего тебе? – нервно прошептал он.

Опытный глаз молодого фон Фрайберга тут же заметил две ночные рубашки, белевшие на полу. Значит, благоразумный Филипп все-таки подыскал себе служаночку, которая согревала его постель. И которую же из горничных он выбрал? Франц на шаг приблизился к кровати, чтобы украдкой взглянуть на прелестницу.

— Ты пьян. Давай поговорим завтра, – тихо сказал Филипп.

— Да-да, понимаю. Не буду мешать, – ответил Франц, посмеиваясь.

Он развернулся и уже хотел выйти, но вдруг его нога в чем-то запуталась. Он наклонился. Шаль. Она показалась ему знакомой. В лунном свете расцветки было не разобрать, но узор… Цветы по краю! Франц вдруг отчетливо увидел: вот Анна сидит на канапе с вязальным крючком в руках, рядом с ней пестреют клубки шерсти. «Премилый рисунок, не правда ли?» – говорит она.

Так значит, платок – работа Анны! Но не мог же Филипп с ней…

Франц тряхнул головой, надеясь, что это поможет ему мыслить яснее. Да, теперь он вспомнил. Анна связала эту шаль… и подарила Элизе.

Элиза? Быть не может!

— Доброй ночи, Франц! – произнес Филипп так, будто хотел немедленно выпроводить друга.

— Что за женщина в твоей постели? – взвился молодой фон Фрайберг. – Почему у нее шаль Элизы?

— Уходи! – произнес Филипп. – Бога ради!

Но Франц не двинулся с места.

— Брось, что толку? – вдруг произнес тихий женский голос. – Если он разошелся, то с ним уже ничего не поделаешь.

На плече Филиппа показалась маленькая белая рука, а в следующую секунду из-за его спины выглянула Элиза.

— Прежде чем ты что-нибудь скажешь, дорогой братец, – произнесла она, – знай: мы обручились и скоро поженимся!

— Ты… Ты… – закричал Франц.

И ум его, и тело накрыла волна горечи. Филипп и Элиза? Они ведь даже не нравились друг другу! Как могли они за его спиной… Это же предательство!