Книга Элиза и ее поклонники, страница 119 – Дженнифер Адамс

— Выйди, чтобы я могла одеться, – фыркнула она.

— Я более ни на минуту не оставлю тебя наедине с этим развратником, – заявил граф и, скрестив руки, невозмутимо стал посреди комнаты.

— Тео! – строго произнесла Берта фон Лаутербах. – Ты не можешь стоять и смотреть, как Элиза одевается. Выйди. Я останусь.

Еще сильнее побагровев от гнева, граф все же подчинился требованию старшей сестры, которая, вытолкав Франца, закрыла дверь за ними обоими, после чего подобрала с пола и подала Элизе ее рубашку и шаль.

— Одевание не может длиться слишком долго, – заметила баронесса, – стало быть, если вы хотите еще что-то сказать друг другу, советую вам поторопиться.

Удивленно посмотрев на Берту фон Лаутербах, Филипп повернулся к Элизе. Надев сорочку, она прильнула к нему и прошептала:

— Все будет хорошо, mon amour. Мы ведь и так хотели убежать? Дай мне знать, где ты, и я последую за тобой.

Филипп погладил Элизу по волосам. Сейчас, в тот момент, когда их чувство подвергалось испытанию, она казалась ему прекрасной как никогда.

— Я люблю тебя, – сказал он и в последний раз поцеловал ее.

Она встала и обернула шаль вокруг своего теплого тела, которое он только что прижимал к себе.

— Я готова, ma tante, – вздохнула Элиза.

Пристально посмотрев сперва на нее, потом на Филиппа, тетушка сказала:

— Видите ли, я не Бетховен, и слышу очень хорошо. А посему позволь тебе заметить, Элиза: едва ли мой брат допустит, чтобы ты получила письмо от мужчины, которого он выгнал из дома.

Филипп вздрогнул. Обратившись к нему, баронесса продолжила:

— Полагаю, мой дорогой герр фон Хоэнхорн, вам следует остановиться в одной из здешних гостиниц и сообщить Элизе о месте вашего пребывания. Однако будет лучше, если вы адресуете письмо не ей, а мне. Назовитесь Александром Мартеном, тогда я тотчас пойму, что это послание от вас.

Не дождавшись ответа, Берта фон Лаутербах отворила дверь и вытолкнула Элизу из комнаты.

Филипп медленно встал и начал одеваться. С чего вдруг эта дама вздумала им помогать? Вот уж не думал он, что когда-нибудь она его поддержит! Конечно, он последует ее совету: спросит для себя комнату в «Олене» («Баденский двор» ему не по карману) и оттуда даст о себе знать. Но что будет после? Действительно ли Элиза к нему придет? Захочет ли порвать со своей семьей, чтобы последовать за ним?

Да, она это сделает.

С улыбкой на губах Филипп собрал самые необходимые вещи и, ни с кем не встретясь, покинул дом.

— Что происходит? – донесся из коридора голос Йозефины. – Почему дверь в комнату Элизы заперта?

— Твоя сестра под арестом, – ответила maman.

— А что она натворила? – незамедлительно последовал новый вопрос.

— Милое дитя, тебе не обязательно знать все.

— Но, maman, разве Элиза не слишком взрослая для того, чтобы ее запирали в комнате?

— Твой papa так решил.

Послышалось ли Элизе или же в словах матери в самом деле прозвучало неодобрение? Вероятно, не только тетя Берта, но и maman в действительности приняла ее сторону?

Отца она не понимала. Не самое ли это очевидное решение – выдать девушку за того, кто ее скомпрометировал? Почему papa забрал себе в голову, будто его дочь непременно должна стать женою английского лорда?

Ах, Филипп… Где-то он теперь? Послал ли весточку тете Берте? Вот уже несколько часов Элиза сидела одна в запертой комнате. Утром служанка принесла завтрак, но не вымолвила ни словечка. Видимо, отец запретил. Она, Элиза, впала у него в полнейшую немилость.