Онлайн книга «Наложница генерала, приносящего мир. Книга 1, часть 2»
|
(Конфуций, безрадостно:) — Отстаньте, зануды. — Я вижу облако. Это раз. — Я вижу облако. Это два. — Я вижу облако. Это три. — Я вижу облкао. Это четыре. — Я вижу… твою мать! Почему у нас правила такие тупые? — Мы пробовали другие, ничего не получилось. — Почему? — Я не помню. Это было лет триста назад. — Давайте считать не все облака, а только те, которые похожи на слонов! — Точно! — Отлично! … … — Ладно. Давайте те, которые похожи на крокодилов. … … — Суки. Теперь они все похожи на слонов. — Вспомнил. Поэтому триста лет назад и не получилось. — Я вижу облако. Это раз. — (со вздохом) Я вижу облако. Это два. — Я вижу облако. Это три… ГЛАВА 37. Благочестивые наложницы семьи Сян умерли, но с места не сошли Мир Древнего Китая был очень красив. В нем был прозрачный воздух, чистая вода в ручьях, леса и зеленые луга. Высокий бамбук отражался в неспешной воде. На коричных деревьях цветы распускались в горах. Волны мыли песок под ясной луной. Жуки-светляки сновали в проеме резного окна,*[106] И слышно было, как в роще кто-то перебирает струны циня. Нигде в 21 веке не увидишь такой красоты. Древний Китай открывался перед Бай Юй, как нескончаемый прекрасный свиток, нарисованный божественным художником. Но, твою мать, как же в нем было холодно! В комнатах по утрам пар шел изо рта! Люди жались к жаровням и одевались потеплее. И при этом все считали, что так и надо — зимой и должно быть холодно, тем более что здесь в Чу, на юге Китая, она длилась недолго, всего три месяца, и перемежалась слякотью и оттепелями. Господа старались реже выходить из покоев. Слуги толкались у печей на кухне, болтали и смеялись. Солдаты, оставленные сторожить усадьбу, пили водку. Страдала только Бай Юй, которая привыкла к центральному отоплению и теплой ванне. К тому же, она сильно простудилась. Через неделю после того, как семья узнала о гибели Сян Ляна, Ми-фужэнь приготовилась совершить жертвоприношение. Наложницам не положено было заходить в храм предков и участвовать в обрядах, но Ми-фужэнь заставила Бай Юй и Юй Ваньсин стоять пять часов под редким холодным дождем, грозившим превратиться в снег, в пеньковых траурных одеждах без подкладки. Между белым небом и черной землей из котлов поднимались тяжелые жирные клубы пара и медленно расползались в сером ноябрьском воздухе. На подносах, вывалив языки, лежали головы быка и свиньи и глядели на всех равнодушными глазами. Мертвая душа плакала, потеряв дорогу домой в вечную обитель. Они молча наблюдали, как Ми-фужэнь достает из котлов вареное мясо, а потом хриплым голосом кричит, как ворона: — Сколько листьев в джунглях, Столько людей на земле… Кто-то должен умереть! Мир полон горя. Жизнь кончается смертью. Кто-то должен умереть! В лесу темно и душно, Мир переполнен людьми… Кто-то должен умереть!*[107] Ми-фужэнь бросила в котел печень и другие внутренности петуха, зарезанного Фэн Цзы и-ши, чтобы покойный дух мог их съесть. Тогда дух петуха присоединится к нему в мире инь и будет показывать дорогу к воротам загробного царства. Бай Юй смотрела на ритуал пустыми глазами. Горе поглотило ее. Холод в это время проникал в нее все глубже. Она забыла обо всем, а когда очнулась, обнаружила, что ее бьет дрожь, и зубы стучат друг об друга. Она посмотрела на Юй Ваньсин и испугалась. |