Книга Наложница генерала, приносящего мир. Книга 1, часть 2, страница 53 – Хатка Бобра

Дед Суэй скосил глаза на бороду, проверяя, стоит ли она торчком, как надо.

— … так вот… Прибежал знахарь Чан домой, скорее налил воды в кастрюлю и поставил женьшеньвариться. Не успел он раздуть огонь, как женьшень начал кричать "Помогите! Убивают!" Прибежали соседи, и знаете, что они увидели? Они увидели, что этот Чан варит в кастрюле живого мальчика! Каков злодей! Конечно, его казнили четвертованием… А что вы хотите? Чтобы другим неповадно было.

— А кто же вам, дедушка, тогда все это рассказал, если его казнили? — не смогла промолчать Ли Лэ.

Старый Суэй поднял одну мохнатую бровь.

— Не стану больше ничего говорить… ничего… — таинственно пробормотал он, любовно ероша бороду.

— Лаожэньцзя, погодите, Юй-мэй тоже хочет что-то сказать, — окликнула старика Юй Ваньсин, сидевшая на кровати в ногах подруги.

Почувствовавшая небольшое облегчение Бай Юй пыталась приподняться и поговорить со старым Суэем. Ей столько надо было спросить у него!

— Она больная, что она может сказать? — с презрением ответил лекарь.

Он подошел поближе и наклонился над пациенткой.

— Дедушка… — прошептала ему Бай Юй. — А вы знаете про…

— Какой я тебе дедушка. Я мужчина хоть куда, — сказал Суэй и толкнул ее, чтобы больная не лезла из-под одеяла.

— Я только хотела спросить…

— Сейчас ты будешь спать, — сказал дед Суэй.

— Почему…

— Потому что я тебе насыпал сонного порошка, как слону, — с добрым видом сообщил старый знахарь.

Его борода начала расплываться, она превратилась в облака, и дальше Бай Юй уже ничего не слышала.

Она проснулась только на следующее утро, вся мокрая. Рубашки, одеяло и простыни все промокли насквозь от пота. Бай Юй была слабая и голодная, но полная радости! Она чувствовала, что мертвые когти, в которых держала ее болезнь, наконец, разжались, и жизненная сила заструилась по ее меридианам.

С этого дня она только спала, ела и принимала лекарства, которые оставил для нее Суэй-уи.

В домике теперь стояли две горячие бронзовые печки и было всегда тепло.

Однажды, Бай Юй проснулась посреди ночи, потому что сквозь сон ей показалось, что возле ее кровати кто-то есть. Она, бестолково моргая, приподнялась в постели и удивленно посмотрела на сидевшего на полу человека. Не вставая, он подложил в жаровню пучок хвороста. Облокотившись спиной о кровать, он повернул голову. В свете вспыхнувшего пламени она узнала миловидное лицо Цуо Су.

Она давно не видела его и обрадовалась, но все-таки было странно, что он так спокойно сидит у нее в спальне ночью. Она даже подумала, не сон ли это.

Цуо Су улыбнулся ей и сказал как ни в чем ни бывало:

— У вас тепло. Я греюсь. Не сердитесь, госпожа.

Он был в шерстяной накидке без рукавов поверх плотной рубашки.

— Цуо Су…

Бай Юй расслабленно улыбнулась.

В следующий момент она совсем проснулась и уселась в постели!

— Цуо Су! Ты что?! Ведь нельзя!..

— Что ж ты такая трусливая? Никто не узнает, — лениво ответил Цуо Су.

— А если Ли Лэ проснется?!

— Ага, проснется она. Она спит, как бревно.

Тишина.

Только потрескивает огонь и храпит Ли Лэ за ширмой.

Цуо Су состроил несчастную физиономию и жалобно сказал:

— Госпожа Бай такая жестокая! Что, бедному слуге нельзя уже погреться?

Бай Юй засмеялась и быстро закрыла себе рот одеялом.

— Отец прислал мне две повозки угля из дома, — сказала она потом.