Книга Не говорите Альфреду, страница 60 – Нэнси Митфорд

В этот момент Норти полагалось пересчитать гостей и сообщить мне, все ли собрались. Однако она была так плотно окружена министрами, что я не могла поймать ее взгляд, дабы напомнить ей о ее обязанности. За нее это сделал подмигнувший в мою сторону Филип.

— Все здесь, – вскоре сказал он мне.

Открылась дверь. Я предположила, что это пришли объявить о том, что обед подан, недоумевая, почему именно из этой двери, а не из той, что вела в столовую. Секунду ничего не происходило. Затем, двигаясь боком, в комнате появился мой бородатый сын Дэвид, таща за собой синюю пластмассовую колыбель, за вторую ручку которой держалась девушка. Он был в вельветовых брюках, коротком шерстяном пальто с капюшоном и деревянными пуговицами, рубашке из шотландки и сандалиях поверх толстых грязных желтых шерстяных носков. Девушка была миниатюрная, светловолосая, с головой, похожей на кокон шелковичного червя, в короткой запачканной белой юбке с черным поясом, которая болталась над пластиковой нижней юбкой, в красных чулках и остроносых золотых туфлях на высоком каблуке.

В тишине, наступившей при появлении этой странной пары, я услышала голос (очевидно, месье Беге), говоривший что-то вроде «cet individu à mine patibulaire»^[69], а другой голос (вероятно, Шарля-Эдуара де Валюбера) сказал: «pas mal, la petite»^[70].

Я всегда радуюсь, когда приходят мои дети. Устремляюсь вперед, улыбаюсь и распахиваю объятия. Так я поступила и на сей раз. Дэвид и девушка плюхнули колыбель на изысканное произведение Вайсвайлера^[71]. Он сердечно поцеловал меня (ох, эта жесткая, как щетка, борода) и произнес:

— Ма, это Дон.

Реакция Альфреда была не такой мгновенно-восторженной, как моя. Радушно приветствовать мальчиков, каковы бы ни были обстоятельства их прибытия, его заставляет не столько инстинкт, сколько вопрос принципа. Наш дом – это их дом, их убежище от штормового ветра. Если они голые, их надо одеть; если голодные – накормить; если полиция пяти стран наступает им на пятки, они должны быть укрыты. Никогда никаких вопросов. Сейчас Альфред шагнул вперед и обменялся рукопожатием со своим сыном, устремив на него суровый, проницательный взгляд.

— Это Дон, отец.

— Как поживаете?

Альфред повел Дон и Дэвида по комнате, представляя их гостям, а я тем временем советовалась с Филипом о том, как «вписать» их в наш обед.

— Вы действительно считаете, что это хорошая идея? – спросил Филип. – Они такие грязные с дороги…

К несчастью, я слишком хорошо знала своего Дэвида, чтобы подумать, будто грязь на нем имеет какое-то отношение к путешествию.

— Но мы никак не можем отослать их прочь, когда они только что прибыли, – заметила я. – Альфред и слышать об этом не захочет.

— Здесь нет для них места. За столом умещается только пятьдесят человек – потребуется по меньшей мере час, чтобы вставить еще одну доску и сервировать ее.

— О боже. В этом случае, Филип, мне неприятно и чрезвычайно жаль, но вам придется повести Норти обедать в ресторан. Отправляйтесь в «Кремайер» – за казенный счет, разумеется. Не возражаете?

— Возражаю, – ответил Филип недовольным тоном. Хотя ему не удалось добиться места за столом рядом с Грейс (он должен был сидеть между Норти и миссис Юнгфляйш), он был помещен точно напротив нее, так что мог постоянно смотреть на нее, наклоняться вперед и обмениваться с ней репликами. – Возражаю, однако пасую перед неизбежным.