Книга Запретная королева, страница 53 – Анна О’Брайен

Но дело не терпело отлагательств. Я нуждалась в совете.

Мэг поджала губы.

— У вас, несомненно, очень узкие бедра, миледи. Из-за этого вам, возможно, будет трудно рожать.

Мои руки сжались в кулаки – впрочем, в надежном укрытии мягких шелковых юбок. Так, значит, это я виновата в том, что не могу зачать ребенка? Возможно, так оно и было, однако я уловила нотку презрения к моей несостоятельности, прозвучавшую в этой тщательно продуманной фразе.

— Со стороны Его Величества проблем нет, миледи, – заметила Беатрис.

Им, разумеется, хорошо было известно, как часто Генрих приходит в мою спальню.

— Да. – Я покраснела еще сильнее.

Тут слово взяла Джоан, самая молодая и самая добрая из моих придворных дам.

— Моя сестра говорит, что, если растереть высушенные яички дикого кабана в порошок, смешать его с вином и выпить, это даст великолепные результаты.

— У нас есть яички дикого кабана? – упавшим голосом поинтересовалась я; лишенная присутствия духа таким советом, я услышала свой вопрос как бы со стороны.

Наступило молчание. После долгой паузы дамы вдруг дружно прыснули от смеха, причем отнюдь не доброго. Мне показалось, что они смотрят на меня с жалостью, даже когда Алиса пожурила их и призвала к порядку.

— Я слыхала об этой панацее, Джоан, но тут это никак не поможет. Разве что вы сами отправитесь в лес, чтобы убить дикого кабана. Кстати, можете прихватить с собой Беатрис: ее язвительный взгляд свалит вепря с расстояния в двадцать шагов. Нет, думаю, у нас есть вариант получше. Если, миледи, вы будете носить в себе грецкий орех в скорлупе, это укрепит вашу матку и увеличит способность к деторождению.

— А если принимать грецкие орехи в пищу, можно излечить безумие.

Я застыла на месте; от такого неожиданного оскорбления моя пылающая кожа стала вдруг холодной и бледной. От этой нападки со стороны Сесилии меня пронзила боль. Неужели они намеренно проявляют жестокость? Я резко обернулась к придворной даме, приготовившись защищать своего отца.

— Перестаньте, Сесилия! – пришла мне на помощь Беатрис. – Ваши манеры крайне далеки от тех, которые хотела бы видеть ваша матушка. Предлагаю вам прочесть полный розарий до обеда и помолиться Деве Марии с просьбой даровать вам смирение.

Ко мне же обратилась Алиса с выражением сочувствия на лице:

— Мы вложим вам в рукава листья polygonum bistorta^[21]. А если, миледи, вы к тому же поедите семян цветка Helianthus^[22]…

— А еще вы, Сесилия, можете помолиться о том, чтобы слабоумие никогда не коснулось членов вашей семьи, – продолжала между тем Беатрис назидательные упреки в адрес дерзкой придворной дамы.

Но я-то знала, что Беатрис предана не столько мне, сколько Генриху и пока еще не зачатому наследнику престола.

— Простите меня, миледи. – Сесилия смиренно потупила взор.

— Благодарю вас, – сказала я Алисе, после чего с чувством собственного достоинства улыбнулась Беатрис.

— Это все молодость, – утешила меня Алиса, а потом строго добавила: – Но этой стае кудахчущих квочек следовало бы быть поумнее; нехорошо насмехаться над женщиной в столь непростом положении.

Однако леди, к которым были обращены эти слова, после такого выговора лишь презрительно фыркали и смеялись по углам, даже несмотря на то, что знали – я все прекрасно слышу.

Нет, я так и не подружилась со своими придворными дамами.