Книга Запретная королева, страница 67 – Анна О’Брайен

— Мы переезжаем в Виндзор, – заявила я Беатрис; неожиданным образом мой голос прозвучал гораздо бодрее, чем мне бы того хотелось.

— Да, миледи. – И Беатрис тут же удалилась, чтобы проследить за тем, как упаковывают наши вещи.

— Мы что, едем? – переспросила Алиса, удивленная моим новым планом, но готовая признать его преимущества.

— Нет, миледи, – категорично отрезала госпожа Уоринг, грозно нахмурив брови.

Госпожа Джоанна Уоринг. Если Генрих полагал, что предусмотрел все для того, чтобы я благополучно разрешилась от бремени, он глубоко заблуждался. Потому что через день после его отъезда в моем постоянно расширяющемся придворном окружении появилась эта личность с огромным самомнением, тяжело дышавшая из-за преклонного возраста и тучности; приехала она с обширным багажом, сваленным в кучи на двух больших повозках. Госпожа Уоринг – я никогда не осмеливалась называть ее просто по имени – в свое время была нянькой Генриха и его братьев, когда они были еще младенцами, а потом – камеристкой леди Марии де Богун, матери моего мужа.

— Да, великая была женщина, – сообщила она мне в первый же день после приезда, шумно вздыхая и с трудом усаживаясь туда, где всегда сидела Алиса. – Умерла совсем молодой. Лорду Генриху тогда не было еще и восьми лет. – Затем госпожа Уоринг устремила на меня не терпящий возражений взгляд. – Надеюсь, однажды вы тоже станете великой.

А еще она привезла с собой объемный сверток.

— Нельзя допустить, чтобы наш наследник родился без этого, верно? – На удивление ловкими пальцами – для дамы такого возраста и габаритов – она развязала шнурок и убрала ткань. – Разумеется, это принадлежало лорду Генриху. Он был таким славным мальчиком! Я всегда знала, что из него получится великий король. Вот, видите? Это он сделал, когда подрос достаточно, чтобы дотянуться…

Кончиком пальца я коснулась небольшой деревянной колыбели, спинки которой были украшены резными головами соколов, и она плавно закачалась. На одной из птичьих голов виднелись едва заметные следы детских зубов. Мне трудно было представить Генриха таким маленьким и беспомощным, чтобы он мог поместиться в этой кроватке. Она будет так же качаться под моей рукой, когда я буду убаюкивать в ней сына. Сама я не могла уже вспомнить, была ли у меня когда-то колыбель. Как не могла вспомнить и няню, которая относилась бы ко мне с такой же любовью, с какой госпожа Уоринг заботилась о маленьком Генрихе. А поскольку я теперь была его женой, эта дама со всей ответственностью взяла меня под свое крыло и принялась устанавливать свои порядки.

— Она всего лишь старая метелка, не больше, – презрительно фыркнула Беатрис и наморщила свой узкий нос. – Представьте, она велела мне проследить, чтобы все окна в вашей комнате, миледи, были плотно закрыты – это чтобы в комнаты не проникал загрязненный воздух.

— Но разве это так уж плохо? – спросила я, поспешив остудить страсти, пока они еще не вспыхнули.

— Не понимаю, почему это должна делать я? Это работа прислуги.

— Но госпожа Уоринг пользуется благосклонностью самого короля, – напомнила я.

Этого было достаточно, чтобы восстановить мир в нашей небольшой компании. Я постепенно училась управлять своим пестрым окружением и испытывала гордость по этому поводу. К моему мнению Беатрис, возможно, и относилась без уважения, однако слово Генриха было для нее законом. В конце концов все окна были плотно закрыты. Что же касается Виндзора, теперь, когда я уже решилась, меня никому не удалось бы остановить. Даже назойливой няньке Генриха, постоянно вмешивающейся не в свои дела.