Книга Запретная королева, страница 78 – Анна О’Брайен

— Мне очень жаль. – Это было все, что мне удалось придумать.

— Вам-то о чем жалеть? Не вы же все это устроили. Генриху нужно было пополнить ваше приданое, а мое наследство было вполне очевидным источником таких средств. Ваш супруг – всего лишь человек, стремящийся использовать собственность предков, чтобы обеспечить величие Англии, – продолжала мадам Джоанна. – Война с Францией и победа англичан – единственное, что его заботит.

— Это мне известно, – вздохнула я. – Думаете, я ничего не замечала? – Такое признание было в какой-то мере проявлением нелояльности к мужу, но мадам Джоанна говорила со мной прямо, без обиняков, и это подвигло меня на откровенность.

Видя мое смущение, она подалась ко мне и неловко положила свою искореженную руку на мою ладонь.

— Это нехорошо. Вы должны поехать к своему мужу, – сказала мадам Джоанна, словно читая мои мысли. – Ведь если я не ошибаюсь, прошел уже почти год с тех пор, как вы видели Генриха в последний раз? Я знаю его очень хорошо и уверена, что вам следует быть рядом с ним. Ваш супруг позволяет себе увлечься текущим моментом – здесь и сейчас, – однако иногда ему необходимо напоминать о том, что есть и другие люди, которые нуждаются в его внимании.

— Но мне кажется, Генрих не хочет, чтобы я была рядом с ним. – Я впервые наконец-то озвучила свои страхи, зачарованная сочувствием этой доброй и спокойной женщины. – Видите ли… Он меня не любит… и никогда не любил.

Она удивленно подняла брови:

— Как он может не любить такую прекрасную леди, как вы?

— Но Генрих никогда и не пытался сделать вид, что любит меня. Хотя сначала я думала иначе; я была довольно наивна и считала, что со временем он меня полюбит. Понимаете, он был со мной так добр и галантен…

Руки мадам Джоанны едва заметно сжались.

— Бедная девочка! Как вы могли догадаться, что у него на уме? Мне это никогда не удавалось. Еще в ранней юности Генрих никому не позволял понять, что для него по-настоящему важно, – даже если в результате это важное у него отбирали безвозвратно. Манеры у вашего супруга действительно безукоризненные. Как можно, глядя на этот горделивый, безупречно контролируемый фасад, догадаться, о чем Генрих размышляет в этот момент? Не думаю, чтобы за последнее время он сильно изменился…

Мадам Джоанна сделала паузу, а затем настойчиво продолжила; ее голос уже не был мягким.

— Поезжайте к нему. Если вы не желаете, чтобы ваш брак превратился в нескончаемое витание мыслей, кружащихся на расстоянии вокруг да около людей, совершенно не понимающих друг друга, будьте во Франции рядом с мужем. Очень опасно брать с собой в дорогу маленького мальчика; госпожа Уоринг позаботится о вашем ребенке. Она не допустит, чтобы с ним случилось что-нибудь плохое.

— Да. Так я и сделаю. – Этот совет представлялся мне мудрым: казалось, что эта женщина интуитивно поняла, какова наша с Генрихом супружеская жизнь. А еще меня очень утешало, что не одну меня ввели в заблуждение блестящие манеры Генриха.

— Заставьте своего мужа обратить на вас внимание. Отвлеките его. Образно говоря, выманите его с поля битвы, хотя бы ненадолго. – Ее улыбка, не лишенная чисто женского лукавства, казалась неуместной на пожилом лице, однако я предположила, что в молодости она была очаровательна. – Для красивой леди нет ничего невозможного.