Книга На острове любви, страница 116 – Шерил Сойер

Она взяла ее в свои руки, поцеловала и прижалась к его колену.

— Прости меня! Помоги мне!

Ги сжал ее руку. Если бы Айша подняла голову и встретила его взгляд, он откликнулся бы совсем иначе. Но она не подняла голову, и Ги не увидел ее лица. Ги вспомнил о том, как Айша не пришла к нему, а покорилась воле другого мужчины. Развернув лошадь, он высвободил свою руку.

— Не бойтесь ничего, мадам, вы в безопасности. Дом в нескольких минутах ходьбы отсюда, и вас ждет врач. Если что-то понадобится, скажите часовому, и вашу просьбу выполнят. — Не дав ей времени ответить, он направился к тележке. — Следуйте к улице Терн. Пусть удвоенная охрана все время следит за домом. Допросите всех четверых и в течение часа представьте маршалу полный отчет. Понятно?

— Да, капитан.

Солдат приподнял ручки тележки, и Ги уехал, не удостоив взгляда ни накрытого плащом мужчину, ни женщину, стоявшую на темной тропе.

Когда Ги уехал, Айша опустилась на землю и чуть не потеряла сознание. Флорус взял ее на руки и, вместе с Ясмин спускаясь по склону вдоль палаток, вышел к улицам Сен-Филиппа. Раздался выстрел пушки — ночью артиллеристы обстреливали сверху цитадель, но на окраине города стояла относительная тишина.

В доме Айша оживилась, поскольку ей пришлось говорить с врачом. В главной комнате на нижнем этаже поставили кровать, и Флорус перенес сюда хозяина.

Почувствовав на своем теле руки врача, Поль-Арман очнулся и сквозь зубы спросил:

— Где я?

— В городе Сен-Филипп, месье, на острове Менорка. Вам больно?

Поль-Арман поморщился:

— Что за вопрос? Я ничего не чувствую ниже пояса. А под ребрами такое ощущение, будто дьявол орудует клещами. У меня сломана спина.

Его нижние конечности были парализованы, и он мог шевелить только руками и головой. Пока врач ощупывал грудь, бока и спину хозяина, тот обеими руками вцепился в простыни, подавляя желание закричать, но на лбу у него выступила испарина.

Осмотрев пострадавшего, врач отвел Айшу и Ясмин в сторону и тихо сказал:

— У него сломан позвоночник и нижние ребра. Боюсь, они проткнули легкие. Повреждения внутренних органов столь обширны, что я бессилен помочь. Он долго не протянет.

Военный врач не привык деликатничать, поэтому сообщил Айше приговор так, как это сделала бы Лори — без обиняков. Поблагодарив врача и услышав, что отец издал какой-то звук, она подошла к нему.

Он открыл глаза:

— Я больше не позволю врачу прикасаться ко мне. Пристрелите меня или избавьте от него.

После ухода врача казалось, что боль унялась, хотя дышать больному стало труднее. Айша поставила стул у кровати, принесла прохладной воды и, смочив в ней губку, вытерла отцу лицо и лоб. Он пробормотал:

— Значит, Жервез утонул?

— Да. — Все случившееся мелькнуло перед ее глазами; выстрел, столкновение, кровь, падение в море. Только сейчас Айша осознала, что ее муж погиб.

— Какой печальный конец, — заметил Поль-Арман, — ведь Жервез так ненавидел море. — Взглянув на Айшу, он увидел, что она вздрогнула, и спросил: — Ты ведь не станешь убеждать меня, что любила его?

— Я совершила ошибку, выйдя за него замуж, но теперь уже слишком поздно говорить об этом.

— Твой брак все же к чему-то привел: сначала выяснилось, что ты моя дочь, а теперь ты получила мое имя. Все это так странно.