Онлайн книга «Однажды, в давние времена…»
|
— И здесь следует обратить особое внимание на то, что под давлением объективных исторических фактов автор вынужден был признать неоспоримые преимущества централизованной плановой экономики перед разрушительной стихией рынка. Но привитая оголтелой буржуазной пропагандой приверженность антинаучным теориям не позволила ему сделать следующий логический шаг, подняться до понимания вытекающих из этого способа производства социальных перспектив… После ещё пары нарастающих по степени безысходности примеров, Андрей закончил противопоставлением подвига Савёла Репнина, героически отказавшегося от возможности дезертировать в светлое коммунистическое завтра, трусливому бегству в прошлое героев одного из рассказов Брэдбери. Когда он сел, Катя заговорила опять: — Ребята, поблагодарим нашего сегодняшнего докладчика за содержательное и очень интересное выступление. Перейдём к обсуждению. И прежде всего, мне хотелось бы попросить высказать своё мнение нашего уважаемого гостя. Иван Митрофанович? Гость, однако, явно не планировал засиживаться дольше необходимого и лишь сдержанно похвалил Андрея за доклад, а затем, сославшись на дела, собрался уходить. — Я провожу вас, — тоже встала со своего стула Катя. — Ребята, начинайте без меня. — Ну что ж… — с серьёзным видом произнёс секретарь, когда за ними закрылась дверь класса. — Скажу вам честно, Екатерина Максимовна, принимая приглашение на ваш семинар, я сомневался. Очень сомневался. Но сейчас я вижу, что полученный нами сигнал был… назовём это так, недостаточно продуман. К сожалению, в нашей работе тоже встречаются иногда просчёты — и я рад, что сегодня удалось вовремя исправить одну такую ошибку. Я не могу вам пока ничего обещать, но, возможно, мы ещё рассмотрим ваше начинание на бюро. Не исключено, мы действительно недооцениваем роль научно-фантастической литературы в идеологической подготовке подрастающего поколения… До свиданья, — протянул он ей на прощанье руку. — Возвращайтесь к вашим ученикам, они ждут вас. Я сам найду выход. Он свернул на лестницу, и Катя осталась в коридоре одна. Напряжение последних дней постепенно спадало. Ну, слава богу, обошлось… В окно она увидела, как чёрная «Волга» отъехала от подъезда школы… За дверью литкаба стояла необычная тишина. Чего она стоит здесь? Они же действительно ждут её, молча ждут, боясь сглазить. Её ученики… Сегодня они защитили её. Не стали слушать никаких возражений, саму чуть не выдворили с «военного совета» — «за пораженческие настроения». Может, из неё и правда вышел не такой плохой учитель, как она сама думает… — Победа! — радостно объявила она прямо с порога. — А сейчас — если нет возражений — давайте больше не будем об этом. Просто попьём чаю и поговорим. О чём-нибудь совершенно постороннем… Обычно, закрывая клуб, Катя просила кого-нибудь из девочек остаться, помочь ей с посудой. Но сегодня отпустила всех, велела только задержаться на минутку Андрею — «договориться насчёт пропущенного занятия». — Нарушаем правило номер один: никаких шуров-муров в школе, — обнял он её, лишь только они остались одни. — Я соскучилась, ты вчера не приходил… А тут и вообще чуть со страху не умерла. Казалось иногда, вот сейчас он как вскочит и как заорёт: «Да вы надо мной издеваетесь!» |