Книга Я, ужасающий, страница 149 – Кейтлин Розакис

— О, он очнулся!

Гэв повернул голову. Ксаксус устроил себе гнездо из самых разнообразных вещей. И выглядело оно, украшенное обрывками лишенного магии пергамента, довольно уютным. Ксаксус, к большому облегчению Гэва, почти не изменился. Копна его волос была, по-видимому, абсолютно натуральной, поскольку снятие чар не повлияло на нее ни в малейшей степени. Маг был в просторной мантии, расшитой бордовыми и бронзовыми нитями, с достаточно длинными рукавами, чтобы спрятать и руку, и обрубок. У ног его свернулась калачиком женщина. Выглядела она знакомо, но странно. Гэв заметил усыпанный драгоценными камнями браслет-змею и понял, что в последний раз видел эту даму в чешуе и без зрачков. То была спутница Ксаксуса, чье имя Гэв, оказывается, до сих пор не знал.

— Полагаю, никому из нас не слишком понравился этот опыт, но ты, похоже, перенес его особенно тяжело, – сказал Ксаксус. – И все-таки это было восхитительно! Чудесная возможность понаблюдать за столь серьезным вызовом своими глазами, получить информацию из первых рук!

Только Ксаксус мог воспринимать катастрофу как интересный познавательный опыт. Гэв качнул головой и тут же замер, потому что комната начала кружиться.

— Кстати о руках! Надеюсь, ты простишь мне безвкусный каламбур, – продолжал Ксаксус. – Я взял на себя смелость исправить твою. В конце концов, старой леди – как там ее, Этарно? – руки больше не нужны.

У Гэва кровь заледенела в жилах. Медленно, не зная, что надеется увидеть, он поднял левую руку. Руку, которая должна была заканчиваться обрубком. Но рука была. Запястье, кисть, пальцы. Только кожа чуть светлее, чем на предплечье, и кисть слишком маленькая и хрупкая. Тыльная сторона ладони была не слишком обильно присыпана пигментными пятнышками. Место стыка прикрывала вытатуированная черная лента символов. Гэв в восхищении и ужасе пошевелил пальцами. Они двигались, подчиняясь его приказу. Он коснулся указательным большого – и почувствовал оба. Это была не его рука, но действовала она так, будто принадлежала ему.

— Знаю, это несколько бестактно, красть части тела у соперника, – сказал Ксаксус. – Ну то есть я никогда не понимал почему, но люди очень расстраиваются. Однако Зарконар к употреблению непригоден. Не знаю уж, что он сделал со своей кожей, чтобы добиться такого цвета, но после снятия чар она буквально на нем пузырилась. Я взял образцы. Но для трансплантации он точно не подходил, совсем.

— Ясно, – прохрипел Гэв. И тут ему кое-что пришло в голову. – А ты не хотел взять ее себе? В смысле, руку Артарно?

Ксаксус посмотрел на него как на сумасшедшего.

— Милый мальчик, ты можешь себе представить, чтобы я пересадил ее левую руку на свою правую? Ну то есть я мог бы, но симметрия нарушилась бы. Это ужасно путает. Я думал, именно поэтому ты принес в жертву именно левую руку. Нет? О, понятно, правая нужна была для мешка. Весьма разумно. В любом случае я должен тебя поблагодарить, я очень доволен альтернативой.

Он задрал рукав, демонстрируя свое новое приобретение. Рука мага, насколько помнил Гэв, заканчивалась запястьем. Но сейчас на месте кисти шевелился ярко-синий отросток. Щупальце сточного кальмара признательно изогнулось.

— Разве не восхитительно? – Неспособность Гэва отвести взгляд Ксаксус воспринял как восторженное признание. – А какая ловкость, какое проворство! Накару оценила.