Онлайн книга «Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2»
|
Порой ненависть к кому-нибудь становится чем-то вроде привычки. Если она внезапно исчезнет, человек тут же теряется и перестает понимать, что происходит. Мо Жань не осмелился коснуться Чу Ваньнина, потому что боялся, что происходящее окажется правдой. И того, что все это ему лишь чудится, боялся не меньше. За спиной Чу Ваньнина он видел горы трупов и разлитую повсюду кровь. Они все еще в Цайде, а вокруг – последствия жестокого сражения? Или они угодили в преисподнюю? Мо Жань прекрасно осознавал, что совершил немало злодеяний, вину за которые ему не искупить даже смертью, поэтому ничуть не удивился бы, угоди он после гибели в ад без возможности когда-либо переродиться. Но Чу Ваньнин… Он ведь праведник. Разве он мог провалиться в обитель вечных мук вместе с ним? — Потерпи еще немного. – Голос Чу Ваньнина звучал глухо, будто пробивался к нему сквозь толщу воды. – Не засыпай, а то… В уголках губ учителя пузырилась кровь. Золотистое сияние становилось все ярче, в какой-то миг оно окутало фигуру наставника, и тот на глазах у Мо Жаня превратился в ребенка. — …а то я, Юйхэн, лишусь своего ученика. — Братец Ся! Увидев собственными глазами, как Чу Ваньнин взял и превратился в Ся Сыни, Мо Жань так опешил, что невольно дернулся. Рану на груди пронзила острая боль, и он, не успев ничего сообразить, вновь стал проваливаться в беспамятство. — Мо Жань… Ласковый, едва слышный, будто слабый вздох, похожий на отголосок воспоминания из прошлой жизни голос успел проникнуть в его уши. — Прости своего учителя, это была его ошибка… Вот, опять! Опять эти слова! Чу Ваньнин, я не хочу, чтобы ты признавал свои ошибки. Я хочу, чтобы ты… Что? Ход мысли Мо Жаня резко прервался. Он и сам не знал, чего хотел. Если извинения Чу Ваньнина ему были не нужны, то что же он хотел от своего учителя? Мо Жань резко открыл глаза, тяжело и прерывисто задышал. Вся его одежда была насквозь мокрой от пота. Подняв глаза, он понял, что лежит на постели в скромно обставленной, но чисто прибранной комнате. Комната была одной из ученических спален духовной школы пика Сышэн. Он по-прежнему жив… Мо Жань недоверчиво огляделся по сторонам, потом поднял слегка замерзшую руку и ощупал место на груди, куда был ранен. Ладонь наткнулась на толстый слой марлевых повязок, сквозь которые кое-где проступили кровавые пятна. Собственное прикосновение причинило Мо Жаню боль, но он чувствовал там, под повязками, гулкие удары своего сердца. Оно все еще билось, быстро, мощно и уверенно, будто радовалось тому, что ему удалось уцелеть. Он по-прежнему жив. Он по-прежнему жив! Кровь бешено забурлила в его молодом, сильном теле. Его душа затрепетала от восторга, а пальцы от волнения задрожали. Внезапно Мо Жань услышал, как утепленная занавесь отъехала в сторону. Приподнявшись на кровати, он увидел, как в комнату вошел красивый юноша. Он был одет в отороченный мехом белый плащ – судя по всему, на улице было холодно. Иссиня-черные волосы свободно спадали ему на плечи. Он поднял на Мо Жаня свои сияющие глаза, и тот заметил у него на щеках румянец столь нежного оттенка, что никаким румянам с ним было не сравниться. Ши Мэй не ожидал обнаружить Мо Жаня в сознании, поэтому сперва изумленно округлил глаза, а потом воскликнул: — А-Жань? Ты, ты… |