Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2, страница 206 – Жоубао Бучи Жоу

— Мо Вэйюй, скажи-ка мне начистоту: почему же учитель и Ся Сяни не могут быть одним и тем же человеком? Почему, по-твоему, он не заслуживает того, чтобы его назвали искренним? М? Ответь мне, почему ты в душе считаешь его лживым и неискренним?!

Мо Жаню порядком надоел этот настойчивый допрос. Нельзя сказать, чтобы он видел Сюэ Мэна взбешенным впервые в жизни: в прошлом, когда Мо Жань стал Владыкой, попирающим бессмертных, Сюэ Мэн при каждой встрече с ним всегда вел себя похожим образом: взрывался столь стремительно, словно его живот был набит порохом.

— Наши с ним взаимоотношения – наше личное дело, – с некоторым раздражением ответил нахмурившийся Мо Жань. – Ты-то здесь при чем?

— Ваши с ним взаимоотношения? – переспросил Сюэ Мэн. – А в твоем сердце вообще есть для него место?

Мо Жань зло рассмеялся.

— Сюэ Цзымин, ты что, больной? Заняться нечем и решил взбухнуть на пустом месте? Идем, Ши Мэй, сходим к дяде в павильон Даньсинь и расспросим обо всем их с учителем.

С этими словами он схватил Ши Мэя за руку и потащил его к дверям мимо Сюэ Мэна, намереваясь и впрямь пойти искать уважаемого главу.

Сюэ Мэн еще какое-то время стоял неподвижно, будто изо всех сил пытаясь подавить некий порыв. Однако когда Мо Жань приблизился к занавеси, он все же не выдержал, обернулся и проревел:

— Мо Вэйюй, в твоем сердце есть место для него, твоего учителя?!

Окрик Сюэ Мэна почему-то задел Мо Жаня за живое, и он остановился. Его ясное, спокойное лицо мрачнело на глазах.

Ши Мэй сжал его ладонь и взволнованно шепнул:

— Не обращай внимания, просто в последнее время он пребывает в плохом настроении. Идем.

— Угу.

Однако прежде, чем он откинул приподнятую занавесь в сторону, его уши крутым кипятком, горящим факелом обжег еще один глухой окрик Сюэ Мэна:

— А ты и правда сволочь, Мо Вэйюй!

Занавесь с шорохом опустилась.

Мо Жань сперва закрыл глаза, а потом вновь открыл их.

— А-Жань…

Ши Мэй хотел подтолкнуть его за порог, но Мо Жань мягко отвел его ладонь в сторону.

Сперва он медленно обернулся, глядя на Сюэ Мэна, а затем повернулся к нему целиком. Юноши были примерно одного возраста, но ростом Мо Жань уже давно превосходил Сюэ Мэна. И теперь этот рослый парень с не предвещающим ничего хорошего выражением холодной ярости на лице выглядел поистине устрашающе.

Мо Жань вдруг улыбнулся, но его взгляд остался таким же темным и мрачным.

— Я сволочь? Вообще-то, Сюэ Цзымин, я никогда не пренебрегал учителем, и во время небесного раскола я не остался в стороне. Он бы не смог залатать завесу между миром смертных и царством демонов в одиночку, поэтому я добровольно вызвался помочь ему. Так скажи мне, разве я как его ученик сделал хоть что-то не так?

Сюэ Мэн молчал.

— Но я сильно уступаю наставнику в силе, поэтому все-таки не смог продержаться рядом с ним до конца, упал. А он даже взглядом меня не удостоил, ему было все равно, умру я или нет. И теперь я спрошу вот о чем: а ты как бы почувствовал себя на моем месте?

— Мо Жань…

Сюэ Мэн ударил по больному, в то самое место, что уже две жизни подряд ныло и терзало его. Красивое лицо Мо Жаня болезненно скривилось.

— Лично я считаю, что как истинный благородный муж исполнил долг человеколюбия и справедливости до конца и мне перед ним стыдиться нечего, – процедил он. – А тебе еще хватает наглости в лицо называть меня сволочью… Что, Сюэ Мэн, думаешь, будто мне всегда было на него плевать? Ошибаешься. Не всегда. Но этот человек оказался сделан из камня.