Книга Смерть под ореховым деревом, страница 63 – Анви Рид

— Я в сказке.

Туман, словно по волшебству, вновь опустился на землю и укрыл ее. Он все так же пах мятой, но дышать стало легче. Рядом с Иви стоял Герберт. Он держал ее за руку и смотрел прямо в глаза, дожидаясь, пока она придет в себя.

— Поверила. – Это должен был быть вопрос, но прозвучал он как утверждение.

— Пока сомневаюсь, – ответила она, окинув взглядом туман.

Иви высвободилась из хватки Герберта – тот, словно нехотя, отпустил.

— Сомнения – это хорошо. Не забывайся, ведь ты все еще человек, и Мёрхенштадт не твой дом. Ты здесь гостья. А как забудешься, этот мир поглотит тебя с головой.

— Ничего не понимаю.

— Тебе и не надо. Просто следуй за мной. Я познакомлю тебя с миром кошмаров.

Иви посмотрела на длинные пальцы Герберта. Громко цокнув, все-таки подала ему руку, и он повел ее за собой к незапряженному экипажу, который тянула за собой невидимая магия. Магия, которой Иви больше не могла отрицать.

Лес Мёрхенштадта был похож на Гезельский лес, но кое-что их все-таки отличало. Мир, прятавшийся под покровом ночи, будто замер. В нем не было звуков: птицы не пели, насекомые не стрекотали в траве, буйный ветер не завывал в ушах. Оттого и густой туман своевольно застелил все дороги. Иви не видела белок, прыгающих по деревьям, не слышала лая лис и воя волков. Под колесами кареты не трещали сухие ветки, под ногами не шуршал перегной. В Мёрхенштадте было холодно, как и подобало зимними ночами. Иви поежилась и обхватила себя руками. Герберт же натянул белые перчатки, которые показались Иви чертовски знакомыми, но она отогнала любые мысли о том, где могла их видеть до этого. Уставившись в окно, она продолжила вглядываться в яркие звезды и луну, что освещали путь гостям.

Стоило экипажу выехать из пугающего темного леса, как вдали замерцали огни города. Того, в котором Иви знала каждую улочку, каждый дом, каждую потайную тропинку и каждый мост, нависающий над Рейном. И она точно помнила, что в центре города росло ореховое дерево, посаженное еще при Вильгельме Суровом. Оно росло и здесь. Неподалеку от дерева высилась башня с часами. Высокая, с огромным циферблатом, стрелки которого застыли.

— Почему часы не ходят? – спросила Иви, когда они подъехали ближе.

— Потому что все тут мертвы. Нам, кошмарам, в отличие от вас, живых, некуда спешить.

— Тогда зачем они здесь?

— Не знаю, – скучающе ответил Герберт. – Это единственное, что тебя интересует? Не зеленый туман? Не то, почему город так похож на Майнштадт? И даже не то, почему карета едет сама?

— Ты сказал поверить тебе. – Иви посмотрела в окно. – И я принимаю это. Верю в то, что я нахожусь в сказке. А сказка без волшебства – не сказка вовсе.

— Ты не права, – ухмыльнулся Герберт.

— Я всегда права, – пробубнила Иви себе под нос.

— Сказка не сказка без чудовищ, что живут в ней.

Экипаж выехал с рыхлой колеи на каменную дорогу, и их затрясло на камнях. Иви больно ударилась плечом, когда они проскочили глубокую яму. Герберт, сидевший все это время перед ней, вдруг вскочил и сел рядом. Места на кушетке было много, но он оказался так близко, что их ноги и руки соприкасались. Он улыбался, глядя на Иви, и ждал реакции, но у той не было сил злиться. Не сейчас, когда в висках пульсировала боль, а смирение боролось со здравомыслием. Пилюля Герберта все-таки не помогла.