Книга Смерть под ореховым деревом, страница 86 – Анви Рид

Иви нравилось сравнивать звезды с мечтами. И те и другие имели власть над людьми, но это их не спасало, ведь, падая, они безвозвратно сгорали.

* * *

Свет погас и вспыхнул у нового зеркала. В этот раз искаженное стекло показало злую Иви. Воспоминания о том дне, когда Эрмин позволил себе непозволительно многое, сразу всплыли в голове. Это было не так давно. Хоть три года и прошли незаметно, казалось, что ее шестнадцатилетие тянулось целую вечность. С Эрмином Буфом она познакомилась в книжном клубе для фрау и фройляйн. Он был сыном главы воскресного собрания, дамы почтенных лет Эрии Буф. Эрмин всегда встречал свою мать и провожал ее до дома. Он не был во вкусе Иви: низкорослый брюнет с зелеными глазами и подтяжками, впивавшимися в узкие плечи. От него всегда пахло пылью. Казалось, он со своей матерью жил на книжных полках вместе с червями и клопами, что разъедали не только страницы, но и шали фрау Буф. Иви тоже не была во вкусе Эрмина. Он никогда не здоровался с ней первым и воротил нос, когда она проявляла к нему хоть какое-то уважение. Но однажды поздним вечером он предложил ей прогуляться по парку. Иви отказалась, но он настоял, сославшись на мать, которая уж слишком беспокоилась за свою самую юную подопечную, особенно тогда, когда в Майнштадте стали пропадать одинокие фройляйн.

Иви была уставшей. Весь день она раскладывала по полкам книги и, выписывая на карточки названия, составляла архив. Пока другие фрау пили чай и обсуждали философские трактаты, Иви выполняла работу, что поручила ей фрау Буф. Она и не заметила, как на улице стемнело, а сторож с метлой в руках поторопил ее покинуть книгохранилище. На улице стояла промозглая осень. Ливень, что целый день бил по крыше, наконец стих, оставив огромные лужи и грязь, забившуюся в щели брусчатки. На лестнице стоял Эрмин с зонтом. Он громко цокнул и выругался, когда Иви вышла на улицу. Ей пришлось принять его предложение.

Город медленно готовился ко сну. В окнах гас свет, в печах догорал огонь, дымоходы выплевывали остатки сажи. Иви торопилась в мастерскую. Знала, что крестный и Отто отругают ее за опоздание. Иви надеялась лишь на то, что старший брат и сам задержался в гаштете, развлекая аристократов игрой на пианино.

— У тебя есть жених? – вдруг спросил Эрмин, когда они проходили сквер неподалеку от мастерской.

— Я не обязана отвечать на такие вопросы.

— Значит, нет.

Сын фрау Буф отличался бестактностью и прямолинейностью.

— Многие герры желают тебя в жены. Завидно твое состояние, да и часовая мастерская в наследство. Ну, и ты, – Эрмин скривился, – красива. Красивее многих фройляйн, что я видел.

— Я сомневаюсь, что ты их вообще видел, Эрмин, – холодно отрезала Иви. – Не смей говорить подобное в обществе. И при мне. Я не намерена терпеть такое неуваж…

Внезапно Эрмин схватил Иви за капюшон накидки и, потянув, прижал к стволу дерева. Он выбрал отличное место. Безлюдное и плохо освещенное. Его рука коснулась шеи Иви и, поднявшись выше, обхватил ее челюсть, не давая открыть рот.

— Матушка велела лишить тебя чести, – прошипел он. – Никто не узнает, что это был я. Не поверят. Вас, глупых фройляйн, не станут слушать.

Иви ударила его по колену – он схватил ее за волосы и уронил в лужу. Иви больно ударилась головой и, прикусив язык, поперхнулась слюной.