Онлайн книга «Рассказы»
|
Йемура смотрел на это пустыми, немигающими глазами, его лицо искажала кривая ухмылка безумца. Он всхлипнул, затем захихикал, а потом разразился безумным хохотом, увидев голову Фатимы, насаженную на шип. Ее водянистые серые глаза, похожие на сырые устрицы, смотрели на него. Внезапно она открыла рот и засмеялась. Пришла Чумная Дева. Гротескная невеста смерти в линялом одеянии, которое развевалось вокруг нее, как разорванная черепная коробка, испачканная могильной грязью. Ее лицо напоминало труп, пролежавший в земле три недели, — одутловатое, мясистое, изъеденное червями и распухшее от личинок. Обрамленное жирными, грязными прядями волос, оно было изрезано червоточинами и раздуто от гниения. Когда Йемура закричал, она ухмыльнулась, открыв бездонный рот, из которого вырвалось жужжащее облако могильных мух. Мужчины закричали. Они падали друг на друга, пытаясь спастись, но это было бесполезно. Она обладала жутким магнетизмом. Она была вихрем смерти, оком бури, превратившей деревню сначала в сумасшедший дом, а затем в морг. Один за другим мужчины — плачущие, хнычущие, выкрикивающие молитвы — устремлялись к ней. Их влекло к ней, они попадали в ее зловещую орбиту, словно луны-изгои. Она наблюдала за ними белыми, блестящими глазами, похожими на сверкающие паучьи яйца. Розовые эмбриональные крысы карабкались по ней, ползали и вили гнезда под ее саваном. Вокруг нее толпились принесенные в жертву младенцы — гнилостные существа с раздутыми от газа телами и серой кожей. Когда мужчины приблизились к ней, произошло нечто ужасное. Их тела сотрясали мускульные спазмы. Изо ртов лилась черная, как чернила, кровь, а под кожей расползались ветвистые черные вены, словно корни. Узлы и огромные язвы искажали их лица, из каждой сочился гной, а длинные извилистые черви выползали наружу. Они вылезали из глаз, ртов и ноздрей. К тому времени, как каждый человек падал на землю, он уже был заражен; он корчился в конвульсиях, превращаясь в месиво из чумных червей. Йемура чувствовал, как она зовет его. В воздухе витал почти электрический ток. Потребность идти к ней была непреодолимой. И все же он пополз прочь, скользя на брюхе, как змея, пробираясь через груды трупов, уже размягченных гниением. * * * Его юрта. Да, именно туда он должен был добраться. Только там его ждали спасение и покой, только там он мог обрести утраченное душевное равновесие. Мысли метались в его голове, словно звезды, сорванные с небес, и Йемура, превозмогая себя, шаг за шагом продвигался вперед. Казалось, он мог бы подняться и побежать, перепрыгивая через тела мертвецов, но страх сковывал его. Внутренний голос нашептывал: пригнись, скройся, исчезни, как жалкий грызун. Он изо всех сил старался не издать ни звука, но доспехи предательски скрипели, а из горла вырывался низкий, полный отчаяния стон. Пот, ледяной и обжигающий одновременно, стекал по его лицу. На губах ощущался тошнотворно-сладкий привкус. Он знал, что Дева где-то позади. Ее присутствие выдавали писк и визг крыс, жуткие причитания младенцев и непрерывное жужжание мух, окутывающих ее, словно живое облако. Но хуже всего был ее запах — гнилостный, удушающий смрад, напоминающий чумные ямы и разлагающиеся тела, источающие зловонные газы. Нет, он отказывался оглядываться, отказывался признавать ужас, который медленно, но верно разрушал его рассудок. |