Книга Рассказы, страница 590 – Тим Каррэн

Нет, нельзя было думать о таком. Аделии это не понравится. Даже за много миль она слышала его мысли.

На тротуарах и уцелевших кирпичных стенах ему попадались жуткие тени — чёрные силуэты мужчин, женщин и детей. Их тела заслонили ослепительный свет и жар бомбы, на долю секунды приняли на себя вырвавшуюся энергию, а затем испарились. Их последний миг на земле был выжжен вспышкой и запечатлён навечно.

Сквозь бурю он пробрался на следующую улицу. Среди развалин белели сотни костей. Казалось, в тот день люди собрались здесь специально, чтобы умереть.

Пробираясь между ними, он снова подумал об Эбби.

Вуди знал, что время от времени Аделии приходилось отдыхать: даже режущее лезвие её разума, острое, как хирургический скальпель, требовало заточки. В такие часы она впадала в оцепенение и становилась почти беспомощной. Он с трудом сглотнул, замышляя неповиновение, обдумывая открытый мятеж. Тогда он мог бы уничтожить её. Разбить на составные части. Сжечь останки. И Эбби стала бы свободна. Он дал бы ей еды и припасов, велел бы бежать, бежать, бежать отсюда как можно быстрее и никогда не оглядываться. Спасти её было в его силах…

Вуди напрягся.

Что-то происходило. Воздух вокруг словно ожил, и ветер тут был ни при чём. Лежавшие вокруг кости зашевелились. Перекатывались грудные клетки. Стучали бедренные и локтевые кости. Позвонки с костяным перестуком перекатывались, словно игральные кости. Черепа клацали зубами.

— Прекрати, Аделия! Прекрати!

Среди развалин раздался её истерический смех. Он метался вокруг, отражаясь отовсюду.

Я слышу твои мысли, жалкий червяк! — взвизгнула она у него в голове. — После всего, что я для тебя сделала, ты ещё смеешь мне не повиноваться!

Кости собирались вокруг него. Разрозненные скелеты вновь становились целыми. Они поднимались со всех сторон, тянулись к нему фалан6ами пальцев, а из распахнутых челюстей рвались крики. Вуди закричал и бросился сквозь них, разметая скелеты обратно в груды костей.

Думаешь, всё так просто? Я могу сделать хуже. Гораздо хуже, — прошептала Аделия у него в голове. — Есть ещё страшные твари, которых я могу призвать.

— Пожалуйста, — задыхаясь, вымолвил он, спотыкаясь прочь. — Пожалуйста… пожалуйста.

Её смех гремел у него в черепе. Предупреждение было получено. Он не посмеет помочь Эбби. Если посмеет… о Господи, если посмеет, расплата окажется ужаснее всего, что можно вообразить. Сила была у Аделии. Она могла творить самые чудовищные вещи.

В стонущей глубине бури послышался приближающийся грохот гремучника. Аделия призвала его, и теперь он шёл сюда.

— Если бы только она умерла, когда я её убил, — услышал Вуди собственный голос. — Если бы только осталась лежать неподвижно.

Эбби не знала, сколько времени провела в заточении в убежище. Возможно, дни. Возможно, недели. Голова раскалывалась на части. Она открыла глаза. Тело била крупная дрожь. Эбби не сомневалась, что Аделия снова сделает с ней что-нибудь ужасное, снова накажет, как наказывала каждый час каждого дня.

Она не шевелилась.

Почти не дышала.

В убежище стояла тишина, нарушаемая лишь воем ветра снаружи. Эбби знала, что Вуди ушёл. Когда его не было рядом и он не раздражал Аделию, всё порой затихало. А стоило Аделии разозлиться, как Эбби становилась её любимой грушей для битья.