Книга Бездна с мягкими стенами, страница 129 – Анна и Сергей Литвиновы

Толик в итоге добился ровно того, чего и хотел. Самого – да, поперли, но за Ингу удалось походатайствовать.

В конце разговора Константин Михайлович вызвал охрану и велел выпроводить его с территории больницы. Но когда уводили, прошли мимо той самой двери, из которой получасом ранее как черт из табакерки нарисовался главный. Никакой таблички на ней не имелось. А когда спросил охранника, что там, тот буркнул: «Служебное помещение».

И что властителю больницы в загадочной каморке понадобилось? Тогда, ночью, Толик об этом задумался мимолетно. Но утром, когда по всем каналам начали трубить про убийство и пожар в клинике Баженова, Кречет сразу припомнил и таинственную дверку, и помятый вид главного врача вкупе с его испачканным халатом. Вспомнил и про всем известный факт, что Лодейкин спит с медсестрой Людмилой.

Хотя, по утверждению пресс-секретаря из правоохранительных органов, подозревали в убийстве совсем других людей. Его самого и Филиппа, который, несомненно, находился в отключке – да и, по мнению Кречета, убить никак не мог. Ни в запале, ни в психозе.

Помочь в расследовании могла только Инга. Ей Кречет и поручил попробовать достать тот самый халат Константина Михайловича. Приметный, с вышитой на лацкане фамилией и инициалами.

Медсестра согласилась попробовать, хотя и считала: такую улику Лодейкин не оставит. Однако им повезло. Инга пришла на следующее утро в больничную прачечную, где хозяйничала бывшая ее пациентка, а нынче ответственная за постирушки Аглаша, угостила ту любимыми пироженками и заглянула в отдельную стиралку, предназначенную исключительно для врачебных халатов. Константин Михайлович оказался слишком самонадеян: он не стал прятать улику, а просто сдал халат в прачечную обычным порядком. Запустить машинку Аглаша не успела.

— И коллеги мои из лаборатории обнаружили на нем изумительный материал! – вдохновенно повествовал частный детектив Андрей. – Сначала по пятну на рукаве. Там действительно оказалась слюна покойной Людмилы. И она могла попасть туда как раз в момент, когда Лодейкин ее душил. Но это доказательство косвенное. Можно оправдываться: поссорились – и плюнула, допустим. Или что, когда она говорит, у нее изо рта мелкие капли слюны летят на одежду.

Аудитория напряженно внимала.

Частный детектив с удовольствием продолжил:

— Но эксперты под микроскопом обнаружили еще кое-что: на халате, в области левого трицепса, имеются четыре как бы царапки – четыре параллельных задира длиной примерно пять-семь сантиметров на расстоянии двух сантиметров друг от друга. Это с большой степенью вероятности говорит о том, что покойная активно сопротивлялась, пыталась как-то себя защитить, когда ее душили. А с ногтевых пластин жертвы при расследовании убийства всегда берут срезы. Буквально полчаса назад коллеги мне сообщили: под ее ногтями – частички ткани. Микрочастицы – именно с этого халата. И сей факт, – он триумфально оглядел слушателей, – стопроцентное доказательство.

Филипп закрыл лицо руками, пробормотал:

— То есть я не убийца?

— Неужели ты сомневался? – ахнул Глеб Глебович.

— Да фиг знает, – сказал растерянно. – С этой Хель наверняка ничего утверждать нельзя.

— Нет. Все подозрения с тебя сняты, – кивнул ему частный детектив Андрей. – Лодейкина сегодня утром задержали. И отпираться ему бесполезно.