Книга Бездна с мягкими стенами, страница 90 – Анна и Сергей Литвиновы

— За тобой Эрик поехал.

— Ше…

— Да, да, – ответила быстро.

— Но зачем ему эту надо?!

— Фил. – Она нашла в себе силы усмехнуться. – Надо. Можешь ему довериться. Делай все, что он скажет. И ничему не удивляйся.

Эрик сидел за рулем своего «Паджеро», нещадно превышал скорость и проклинал одну-единственную пьяную ночь. Почти девятнадцать лет назад.

Вот и пришла расплата.

Когда Лиля севшим голосом пересказала ему разговор с Филиппом, первая мысль была – устраниться. Юридически это только ее сын и ее проблемы.

Пусть мчится. Спасает. Успеет обнять, расцеловать. А дальше – где бы ни попытались спрятаться – обоих очень быстро найдут.

Но все разумнейшие доводы разбила единственная Лилькина фраза:

— Фил НЕ МОЖЕТ никого убить. Ни под какими лекарствами.

Хотел спросить: «А если Хель прикажет?» – но встретил ее горячечный взгляд и промолчал.

А потом вдруг ляпнул:

— У тебя смена еще не закончилась. Я сам его заберу.

— Но…

— Если ты сейчас сорвешься, вас будут вместе искать. А что мне он не чужой, пока никто не знает.

— Эрик… – Железная леди снова расплакалась. Всего второй раз за то время, что они знали друг друга.

В любом остросюжетном сценарии в этом месте шла бы ремарка: шагает к ней, порывисто обнимает. Но актер не стал следовать штампам. Схватил борсетку, ключи от машины, на ходу бросил:

— Номер его телефона пришли. И после смены езжай домой. Тебе никто не звонил, поняла?

— Я никогда этого не забуду! – крикнула она ему в спину очередной киношный штамп.

А он сел в машину и погнал. Навстречу, вероятно, огромным неприятностям. По пути лихорадочно соображал: куда везти мальчишку? К себе домой – нельзя, там точно проверят. Вся съемочная группа видела, во сколько он уехал с площадки. Снимать в гостинице номер? Попросят предъявить паспорт. А в шалмане, где документов не требуют, могут узнать: он человек известный.

К кому-то из друзей, у кого есть пустая квартира? Но в кино нет друзей. Таких, кому можно стопроцентно доверять, да с пустой жилплощадью у него точно не имелось.

Зазвонил телефон. Лиля. Эрик почувствовал раздражение. Начнется сейчас: «Ты где? Куда ты его повезешь?»

Ответил резко:

— Я в пути. Что ты хотела?

Она тихо сказала:

— Эрик, я всегда знала, что ты настоящий мужчина. Спасибо, что поддержал меня.

Вспылил:

— Не дергай ты! Нашла время для комплиментов! Я, черт возьми, не знаю: где прятать-то его?!

Спокойно ответила:

— Я позвонила приятельнице. У нее от бабки осталась дача. Во Владимирской области. Под Кольчугино.

— Это далеко. Километров сто тридцать от Москвы.

— Других вариантов у меня нет, – тяжко вздохнула Лиля.

Константин Михайлович проснулся от запаха гари и воя сирен.

Мысли о себе, что спасаться надо, даже в голову не пришло. Зато сразу накатил стыд: хорошим же он оказался капитаном! Допустить подобное ЧП, да еще когда сам находился на территории подвластного ему учреждения! И сердце ведь ничего не подсказало. Отключил телефон и спокойно дрых.

Воняло паленым изрядно, но не с его этажа.

Константин Михайлович сам удивился: опять подумалось не о текущем, а о том, как потом оправдываться.

Слава богу, пожарные с проверкой совсем недавно приезжали. И никаких нарушений не нашли.

Дальше страх: «Неужели опять окурок?!» Был прецедент: больные с ведома персонала устроили в пустом кабинете курилку – и санитар не углядел на полу непотушенный бычок. Но тогда справились своими силами, а ремонт оплачивали те, кто виновен.