Книга Кровавые деньги, страница 203 – Фергюс Хьюм

Элисон кивнула, соглашаясь со словами возлюбленного. Она не знала, известно ли Джиму о влюбленности в нее Меркера, и не хотела задавать лишние вопросы. Но она понимала, что, пробудив в донне Кристине ревность, сумеет узнать о Меркере много такого, о чем этот весьма сомнительный господин предпочел бы умолчать. Поэтому она отвечала на письма испанки со всей теплотой, на какую была способна. Элисон, человек прямой, не привыкла вести себя подобным образом, но на карте стояло многое, и она сочла разумным на время подавить свои угрызения совести. Утешало то, что она не встречалась с донной Кристиной лично, – удастся ли ей скрыть свои истинные чувства при встрече?

Встречи удавалось избежать, потому что Элисон отправилась в Брайтон, как только миссис Ботторт покинула Бан-хаус. В Хоуве жила сестра ее матери, тихая незамужняя дама, очень привязанная к девушке и готовая предоставить ей крышу над головой вплоть до замужества. После бурных недель умиротворяющая обстановка дома мисс Ярдли помогла Элисон успокоиться, и ко времени, когда Фодио предстал перед мировым судьей, она более или менее пришла в себя. Естественно, она остро переживала потерю своего добросердечного отца, но уже смирилась с неизбежным и снова могла улыбаться. Ее выздоровлению в какой-то мере способствовало следующее: мисс Ярдли была теософом, и смерть в ее понимании была ступенькой вверх по лестнице эволюции, то есть скорее благом, чем трагедией.

— Пойми, дорогая, – говорила исполненная оптимизма старушка, – твой дорогой отец, мой зять Александр, этой насильственной смертью оплатил прошлые долги, преграждавшие ему путь наверх. Желать, чтобы он остался рядом с тобой, не расплатившись с долгами, – это эгоистично. Все гораздо лучше, как есть, любовь моя, так что давай вдвоем возблагодарим Дарителя всех благ.

Элисон не могла полностью принять это жизнерадостное наставление, но объяснение было удобным и в немалой степени ее успокаивало. Постепенно молодость и общество Джима помогли ей перенести потерю с относительным хладнокровием, и вскоре она стала больше похожа на себя прежнюю. Однако пережитое сделало ее более серьезной и задумчивой. Она так и не смогла вернуться к беспечному упоению жизнью, в прошлом такой приятной. Карвер часто приезжал из Лондона навестить ее, и вместе с мисс Ярдли и Элисон они строили далеко идущие планы на будущее. В частности, пожилая леди обещала завещать Элисон свой доход, что, естественно, обрадовало пару, так как улучшило их обстоятельства. В общем, мисс Уэлдон казалось, что тучи вот-вот рассеются, но неожиданный визит Меркера заставил ее усомниться в том, что светлые дни не за горами.

Исследователь, исповедуя собственные дипломатические принципы, убыл из Лондона во время предварительного следствия в магистрате. Конечно, выступать свидетелем ему было незачем, ведь, по сути, о происшедшем он ничего не знал. Карвер полагал, что Меркер придет на слушание дела и удостоверится, что Фодио будут судить за убийство. Но вместо этого Меркер, узнав у миссис Ботторт адрес Элисон, на дневном поезде отправился в Брайтон. Он прислал визитную карточку, немало озадачив девушку – их последняя встреча была не столь приятной, чтобы соглашаться на новую. Сначала она, как и в прошлый раз, намеревалась отказаться, но любопытство взяло верх, и Меркер появился в крошечной гостиной мисс Ярдли, с учтивым видом и печальным сочувствием в глазах. Последнее было данью уважения к умершему миссионеру.