Книга Королевские клятвы, страница 60 – Люси Дарлинг

— Прошу прощения, — я отхожу, прежде чем она успевает закончить или я успеваю что-либо объяснить.

Пробираюсь сквозь толпу, кивая на приветствия, которые почти не воспринимаю. Мэйбл нет ни в главном зале, ни в коридоре.

Где она?

Паника обрушивается внезапно, словно физический удар. Мы вместе всего несколько недель, но она уже стала жизненно необходима. Мысль о том, что она могла уйти, что кто-то сказал ей нечто жестокое, что она наконец увидела всё ясно и поняла, что я одержимый мужчина, который следит за ней каждый раз, когда нас разделяет расстояние. Даже когда я просто сижу в своём кабинете.

Считается ли это преследованием, если это твой собственный дом и камеры? Пока я работаю, экран остаётся включённым, а она чаще всего читает. Знать, где она находится, — успокаивает.

Я сворачиваю в восточный коридор, направляясь к старому крылу, и слышу это. Смех.

Детский отдел спрятан в дальнем углу. Обогнув последний книжный стеллаж, я останавливаюсь.

Она сидит на полу, скрестив ноги, в окружении семерых детей разного возраста и держит раскрытой книжку с картинками о медведе, который потерял пуговицу. Она читает вслух, меняя голоса персонажей, и полностью поглощена историей. Дети прижимаются к ней, некоторые держат пальцы во рту, а одна маленькая девочка положила голову Мэйбл на колено.

Она меня не замечает. Не осознаёт, что за ней наблюдают, не просчитывает, как всё это выглядит со стороны. Простоона. Искренняя. Живущая настоящим моментом. Настоящая так, как никогда не было настоящим ничто другое в моей жизни.

Охватившая меня паника начинает отступать, сменяясь чем-то более тяжёлым. Потребностью. Она, мать её, мне нужна. Я точно знаю, что сжёг бы всё это здание дотла, если бы это помогло мне её удержать.

Мэйбл переворачивает страницу с той особенной улыбкой, которую, как ей кажется, никто не замечает, и у меня что-то сжимается в груди.

— Колдуэлл, — голос Корделии раздаётся у меня за спиной, слишком, блядь, близко. Её вмешательство вызывает во мне раздражение. — Вот ты где. Твоя мать…

— Дай мне минуту, — не оборачиваюсь я.

— Колдуэлл, это важно. Посол…

— Этим уже занимаются, — наконец я смотрю на неё.

Её челюсть напрягается, безупречная маска, которую она всегда носит, даёт трещину. В её глазах что-то мелькает: разочарование или нечто более холодное. Мэйбл, возможно, и пытается дать ей шанс, пока я не обращаю внимания, но поведение Корделии заставляет меня насторожиться.

— Да, она очаровывает персонал. Но это… — она указывает на Мэйбл и детей. — Это не по-королевски, Колдуэлл. Это не…

— Я прекрасно знаю, что это, — говорю тихо и сдержанно, чтобы ничем себя не выдать. — Именнопоэтому я выбрал её. Именно поэтому в скором времени она станет моейженой.

Корделия смотрит на меня. Я наблюдаю, как она берёт себя в руки и маска снова возвращается на место.

— Твоя мать просит тебя подойти.

— Я скоро буду. И больше не хочу, чтобы меня прерывали.

Она уходит. Я не смотрю ей вслед. Нам с Корделией придётся поговорить снова. На этот раз я не стану сдерживаться. Но это будет в другой день.

Снова сосредотачиваю всё внимание на Мэйбл, когда она заканчивает читать. Дети аплодируют, хлопая маленькими ладошками. Она радостно смеётся и шутливо кланяется.

Когда она поднимается на ноги, наши взгляды встречаются, и её улыбка слегка меркнет. Она складывает руки перед собой и начинает теребить пальцы. Я уже заметил, что этот жест её выдаёт. Она начинает смущаться.