Книга Мажорка на перевоспитании, страница 20 – Мира Форст

— Олесь, не суй свой нос везде, – попытался отстранить меня Волков от интересного, но добрый Добрыня мне ответил.

— Убили его сначала. Потом сторожку подожгли. Палец поможет тело быстрее идентифицировать. Хотя и без того все на сторожа указывает. Он домой с дежурства не вернулся.

— Все тело обожжено, а палец остался? Странно как, – покачала я головой, не самые приятные фотографии не пугали меня. – Чужой палец что ли подбросили?

— Вот что, Куницына, – как-то странно глядел на меня Матвей, наверное, наорет опять, чтоб не лезла. Но на этот раз обошлось без упреков. – Подмети тут пол быстренько, поедешь со мной и Лутошиным.

— А куда?

— К супруге погибшего или непогибшего сторожа. Посмотрим, что нам женщина скажет.

Мне не надо было повторять дважды, я повозюкала метелкой по истертому полу и побежала за мужчинами. Всяко интереснее, чем полы драить.

ГЛАВА 13. ОЛЕСЯ

Полицейскую машину вел Добрыня. Волков сидел с ним рядом, а я села сзади. Мои глаза сами собой вперились в стриженый затылок капитана.

— Лесь, ты во мне дыру прожигаешь? – как-то почувствовал он мой взгляд.

— Заговор на удачу в поимке преступников тебе делаю, – отшутилась, перенаправляя свое внимание на виды за стеклом. Из-за поворота показалась лазурная кромка моря, и этот вид был ничуть не хуже мужского затылка.

— А умеешь? – весело спросил наш водитель.

— Тебе, Добрыня, такой заговор не нужен, – авторитетно изрекла я. – Тебе больше любовный приворот подойдет, а то, судя по твоим рассказам, твоя жена совсем не слушается, обижает тебя, претензии выставляет, из дома выгоняет. Зачем мучаешься? Любишь?

— Так мы с ней со школьных времен вместе, Олесь. Как не любить? – кажется, был Добрыня еще лучше, чем я о нем думала.

— Так брось ее понарошку. На недельку, – посоветовала хорошему мужчине. – За неделю твоя неразумная поймет, что лучше тебя и нет никого. Шелковой станет.

— Думаешь? – не стал сразу отказываться он.

— Гарантирую, – будучи не наивной и не юной девушкой, прекрасно могла представить себе сценарий поведения жены, от которой ушел муж. – Очень действенный способ образумить свою благоверную.

— Спасибо, Олесь, – поблагодарил меня Добрыня, останавливая машину у частного невзрачного дома.

Никудышный забор давно требовал починки, прохудившаяся крыша укрепления, а сгнившие ступени крыльца замены. В саду творился полный бардак. Повсюду валялся всякий хлам и бегали курицы самого замызганного вида.

Из дома вышла женщина в засаленном халате. Ногти, не знающие лака, и пальцы, загрубевшие от тяжелой работы. Неприятная. Ни лицом, ни общением. Она как рот открыла, меня едва не стошнило. Гнилые зубы – отвратительно.

Вопросы ей задавал Волков, Добрыня записывал в блокнот, а я отошла немного в сторонку, так, чтобы видеть лишь профиль алкоголички. То, что она пьет, не вызывало сомнений.

— Не вернулся родненький, – хныкала тетка. – Говорят, сгорел мой Мишка. А перед тем, убили его. Че делать-то таперь?

— С кем конфликтовал ваш муж? – тер Матвей переносицу. Он так делал, когда его что-то беспокоило в словах собеседника.

— Тык с соседом конфликтовал. С Пашкой Мозжухиным, – назвала имя женщина. – Пашка с виду тюфяк тюфяком, а сам курей у нас крал. И напраслину на нас нес. Ирод. Таперь тоже пропал. Убил моего Мишаню и сбежал. Его ищите.