Книга Меня повело, страница 189 – Царина Вереск

Я провожу рукой по лицу, пытаясь сбросить это напряжение. Не выходит. Внутри уже не просто раздражение. Там злость. Глухая. Тяжёлая. И ещё что-то… неприятное. Как будто внутри сжимает.

Я снова открываю фото. Приближаю её лицо. Задерживаюсь.

И давно это у тебя?

В голове всплывают последние дни. Её «всё нормально». Её закрытость. Её уход от разговоров. И теперь вот это.

Картинка складывается сама. Без моего участия. И от этого ещё хуже.

Я резко блокирую телефон. Сжимаю его в руке.

— Вот, значит, как, — тихо говорю сам себе. Голос хриплый.

Я стою пару секунд, смотрю в темноту. Пытаюсь успокоиться. Не получается.

Потому что внутри уже только одно желание. Поехать.

Макс

— Это что такое?

Я даже не здороваюсь. Просто подхожу, тыкаю телефоном ей почти в лицо. Экран светится. Фото.

Алина смотрит. И молчит. Только глаза — большие, растерянные. Как будто её поймали.

В груди сразу ещё сильнее сжимает.

— Я спрашиваю, это что? — голос уже жёстче.

Она поднимает на меня взгляд.

— Макс, я…, - Запинается.

И вот это «я…» — как спичка.

— Ты что? — перебиваю. — Объясни.

Она делает шаг назад. Как будто отступает.

— Это просто…

— Просто что? — усмехаюсь. — Просто вечеринка? Просто ты? Просто он?

Я снова тыкаю в экран.

— Или это у вас так теперь «съёмки» проходят?

Она вздрагивает.

— Не начинай, пожалуйста…

— Я не начинаю, Алин. Я уже в середине.

Она отворачивается на секунду, проводит рукой по волосам. Нервничает. Вижу, что мечится. Мысли складывает. Слова подбирает. Думает как бы лучше выставить все для меня. И это только больше заводит.

— Ты мне сказала, что на работе, — говорю тише, но холоднее. — Это называется как?

Она резко поворачивается ко мне.

— Я не обязана отчитываться за каждый свой шаг!

Я на секунду зависаю. Это все что она придумала? А потом усмехаюсь.

— Серьёзно?

— Да! - выдает мне и смотрит в упор. Такая маленькая, а вся собранная, колючая. В броне стоит. К бою готова. А оружие поднять не может, сил не хватает.

— То есть врать — это нормально?

— Я не врала! — сразу.

— А это что? — снова экран между нами. — Фотошоп?

Она сжимает губы. Молчит. И это молчание — хуже любого ответа.

— Ты хоть понимаешь, как это выглядит? — уже не сдерживаюсь. — Ты с каким-то типом стоишь, он тебя лапает, а ты мне пишешь, что занята!

— Он меня не лапает! — вспыхивает она. — Это просто фото! Мы стояли рядом, кто-то решил сфоткать на память, я уже и не помню кто.

— Ага. Конечно. Просто фото, просто руки, просто вы рядом.

Я чувствую, как начинаю закипать. Реально.

— Ты вообще со стороны себя видела?

— А ты себя? — резко кидает она.

Я замираю.

— В смысле?

— Ты приходишь, орёшь, тычешь в меня телефоном, как будто я тебе что-то должна!

— А ты не должна? — шаг вперёд. — Не должна хотя бы не врать?

Она сжимает кулаки.

— Я устала, Макс!

— От чего? — не понимаю уже. — От меня?

— От всего этого! — она машет рукой между нами. — От допросов, от претензий!

Я коротко смеюсь.

— Серьёзно? Это я сейчас виноват?

— Да ты вообще не понимаешь, в каком мире я сейчас!

— А ты, видимо, уже отлично в нём устроилась, — киваю на телефон. — Быстро.

Она будто получает пощёчину. Лицо меняется.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно.

Пауза. Тяжёлая.

Алина смотрит на меня, и в глазах уже не растерянность. Обида.