Книга Выбери меня! или Двойное счастье после развода, страница 53 – Елена Амеличева

Рэйвенар тоже встал. Зеленые глаза блеснули так, словно он вот уже весь вечер терпеливо ждал хоть какого-нибудь дополнительного абсурда.

— Полагаю, колодец подождет до завтра.

Я взяла свечу.

— Полагаю, да. Пойдемте посмотрим, кто именно решил встретить меня первым на чердаке. Если это вор, ему не повезло. Если привидение - тоже.

И, клянусь, в тот момент я была почти счастлива. Потому что дом скрипел, слуги волновались, демон шел рядом, а впереди на чердаке нас ждало что-то новое. А я, как выяснилось, именно этого и хотела от жизни больше всего. Чтобы она наконец перестала быть унылой и начала шуметь.

Мы двинулись наверх целой процессией, достойной плохой баллады и хорошего скандала. Я шла первой со свечой в руке, потому что, как показывает опыт, если в доме завелась загадочная тварь, лучше сразу обозначить, кто здесь главный источник проблем.

За мной двигался Рэйвенар - молчаливый, высокий, темный и настолько естественно опасный, что лестница, кажется, даже перестала скрипеть под его шагами из чистого уважения.

Следом топал Том, полный той сияющей мальчишеской готовности к катастрофе, которая заменяет юношам и разум, и страх. За ним тащились Бет, Мейла и, разумеется, Лисса, потому что упустить такое она бы не смогла даже под угрозой немедленного замужества.

Грета шла последней. Не суетясь. С той сухой неумолимостью, с какой порядочные женщины идут на пожар, похороны или выяснять, кто опять припрятал в кладовке пустую банку и считает, что никто не заметит.

Лестница на чердак начиналась в конце длинного коридора и выглядела как путь к чужим налоговым грехам - узкая, темная, с подозрительными ступенями и стойким ощущением, что ничем хорошим наверху не пахнет. Впрочем, пахло там как раз очень даже чем-то. Пылью, старым деревом, мышами, сыростью и легким намеком на яблоки, давно прекратившие борьбу за право называться едой.

— Кто первый заметил? – спросила у слуг, поднимая свечу выше.

— Я, - гордо сказал Том. - Слышал, как там стукнуло.

— А раньше на чердак кто-нибудь ходил?

— Нет, - отозвался Освальд из-за моей спины. Вот и он подтянулся. Отлично. Скоро у меня здесь будет не чердак, а народное собрание.

— Почему?

Он замялся.

— Там... ну... всякое старое.

— Изумительный ответ. Если бы я спросила, что в браке с Казелем пошло не так, получила бы не хуже.

Глава 32 Казель

Я толкнула низкую дверцу. Она открылась с таким скрипом, будто столетиями ждала возможности пожаловаться миру на несправедливость.

Чердак встретил нас чернотой, пылью и полной внутренней убежденностью, что здесь давно никто не имеет права шуметь. Свеча дрожала в моей руке. Свет выхватывал балки, старые сундуки, накрытую простынями мебель, покосившиеся ящики, кучу рам, мешки, мотки веревок и общую атмосферу забытого родового мусора, который когда-то был важен, а теперь просто пугал домочадцев своим фактом существования.

Из темноты снова донеслось: шурх. Потом: бум. Мейла пискнула. Лисса вцепилась в мой локоть. Том, напротив, выпрямился так, будто наконец дождался часа славы.

— Кто здесь? - рявкнула я.

Тишина. Потом из дальнего угла снова что-то зашелестело. Рэйвенар взял у меня свечу и молча шагнул вперед. О, как же раздражающе красиво он двигался. Даже по чердаку, даже среди пыли и старых сундуков, даже в доме, где все вокруг словно нарочно пыталось обесценить любое благородство. И все равно демон шел так, будто не искал в темноте вора, а открывал бал. Нет, это просто незаконно.