Книга Вечная погибель, страница 224 – Тигест Гирма

Слен склонилась над какой-то фигурой.

И она кричала.

Тело Юсефа оказалось прижато чудовищной колонной.

Раздавлено.

Кидан издала невнятный звук.

Весь мир потемнел – перед глазами остался только Юсеф. Крик Слен заставил Кидан встать на ноги, пересечь усеянный обломками пол и подойти к ним. Изо рта Юсефа текла кровь, теплые карие глаза смотрели вверх. Он пытался что-то сказать.

— С тобой все будет хорошо. Все будет хорошо.

Кидан не узнавала собственный дрожащий голос, но твердила эти слова.

Они со Слен попытались сдвинуть белую колонну с тела Юсефа. Огромная, словно гора, она буквально приросла к месту.

— Проклятье! – закричала Кидан изо всех сил, надеясь, что кто-нибудь услышит. – Помогите!

Слен сползла по резному камню, тяжело дыша. На ее лице появилось ужасное осознание. Хромая, она подошла к Юсефу и опустилась на колени у его головы.

— Слен! – рявкнула Кидан. – Помоги мне!

Но Слен будто оцепенела.

— Это должно было просто всех отвлечь, – голос Юсефа ослаб, с мягких кудрей на лоб струилась кровь. – Чтобы они смогли освободить его. Моего папу.

Слен обхватила руками его лицо. На этот раз ее голос был полон эмоций, и в нем слышалась только боль.

— Что ты наделал?

— «Землекопы» предложили мне сделку.

Укоризненный взгляд Слен пронзил Кидан насквозь. Полный слез, кипящий от боли.

— Нет… – покачала головой Кидан. – Я не знала.

— Знаю, – слабо улыбнулся Юсеф. – Я хотел сделать все сам. В кои-то веки. Мой папа освободится во время этого хаоса. Мне нужно было просто устроить большой переполох в Укслее и отвлечь сиционов. Но взрыв планировался после моего ухода. Вас здесь быть не должно. И… меня тоже.

Голос Кидан исказился от ужаса.

— Почему ты нам не сказал?

— Говорю же… Я устал быть обузой. Хотел справиться сам, не подвергая вас риску. Похоже, я провалил эту часть.

Он закашлялся, и по его подбородку хлынула черная кровь.

Лицо Слен задрожало, она вытерла кровь с подбородка.

— Ты полный идиот.

— Я хотел освободить и тебя. Его больше нет, Слен. Он больше никогда тебя не тронет. Корила убьют во время бунта. Я договорился. – Юсеф схватил руку Слен и прижал к своей щеке. – Мне следовало сделать это еще тогда. Когда он впервые причинил тебе боль, и я нашел тебя.

По расцарапанным щекам Слен потекли безмолвные слезы.

— Хватит.

Кидан впилась ногтями в ладони и снова встала. Она раз за разом толкала колонну, крича от горя и боли, когда та чуть-чуть сдвигалась и возвращалась на место.

— Давай, Слен, – крикнула она и напрягла все мышцы до самого основания позвоночника. – Мы должны ее сдвинуть!

Слен осталась на месте.

— Мы не сможем.

— Слен!

Вокруг рушился зал Андромеды. Картины углем летали, словно вороньи перья. Юсеф больше не мог удерживать улыбку. Его дыхание стало поверхностным.

— Проклятье! – Кидан кричала, пока не заболело горло. Она попыталась снова найти окно, но оно померкло. Его перекрыла рухнувшая колонна. Она откашлялась в руку, пытаясь стряхнуть пыль с языка.

Юсеф потянулся и погладил Слен по щеке слабеющей рукой.

— Я хотел похоронить здесь свои чувства к тебе. Освободить нас обоих. Глупо, да? Будто от тебя так легко избавиться.

Слен оцепенела, влажные глаза обрамляла темная полоска ресниц.

Юсеф снова закашлялся, по его лицу прокатилась волна боли.

— Скажи, что все будет хорошо, Слен. Даже если ты солжешь, я поверю.