Книга Вечная погибель, страница 240 – Тигест Гирма

Публичная порка.

Это погасит протесты и восстановит хоть какое-то подобие порядка.

Кидан сжала зубы, глядя на довольные лица Аджтафов и Мэкэри. Они всегда хотели падения Дома Адане.

Сузеньос стоял, окруженный сиционами. Его тоже привели в порядок, но он едва держался на ногах от долгих пыток. Его пальцы были в черных чернилах. Он что-то писал. Сузеньос поймал ее взгляд и тихо кивнул.

Инико и Тадж прибыли. И затаились в толпе, ожидая указаний. Но что бы они ни делали, в Укслее нет никого могущественнее декана.

Наконец, вывели ее сестру. Некогда упругие косы Джун безжизненно повисли вокруг испуганного лица. Их взгляды встретились: полный горечи у Джун, переполненный гневом – у Кидан.

Декан обещала воскресить Джун вампиром и позволить им мирно покинуть Укслей. В любом случае, Кидан скорее предпочла бы наесться битого стекла, чем остаться здесь хоть на секунду дольше необходимого.

Забрать Джун и Сузеньоса и уехать куда-нибудь далеко-далеко – единственное, чего она хотела.

— У тебя минута, или соглашение утратит силу, – заявила декан Фэрис, разглядывая обветшалые стены дома Адане.

Кидан обратила внимание на забитые водостоки. Они стояли точно так же, как в день, когда декан впервые ее сюда привела.

— Вы не задумывались, – прошептала Кидан тихо, чтобы услышала только декан, – как я наконец смогла унаследовать культуру матери? Я видела, что вы сделали. Я все знаю.

Декан Фэрис переплела пальцы – побелевшие суставы стали единственным признаком ее гнева. Маленькая победа, приглушившая ярость.

— Давай, Кидан.

Кидан горько, безрадостно улыбнулась.

Она пересекла узкое крыльцо, толкнула массивную дверь и зашла в свой дом в последний раз. Затаила от страха дыхание, ожидая, что руку сведет судорогой, но черная гниль не появилась. Закон больше не действовал на Сузеньоса. Теперь он был направлен на Кидан. Камин в конце коридора погас, забрав с собой тепло дома.

— Покажи мне закон дома, – приказала она.

На ее ладони замерцала золотая нить.

«ЕСЛИ КИДАН АДАНЕ ПОСТАВИТ ПОД УДАР ДОМ АДАНЕ, ДОМ, В СВОЮ ОЧЕРЕДЬ, УКРАДЕТ У НЕЕ ЧТО-ТО РАВНОЙ ЦЕННОСТИ».

Она сглотнула. Все инстинкты подсказывали оставить все, как есть – своих предков, родителей, дом.

Но у нее не было выбора. Она должна нарушить закон. Словосочетание «Дом Адане» относилось к маске – подвергнуть опасности артефакт означало поставить под угрозу род Адане, Кидан и Джун.

Возможно, ее мать знала все заранее. Предвидела, что ее дочери станут заложницами в охоте за артефактами.

Кидан вздохнула. А потом поставила дом под удар, как когда-то Сузеньос.

«Я хочу отдать артефакт-маску, находящийся в этом доме, декану Фэрис».

Декан Фэрис зашла в дом, и с каждым ее шагом закон сжимался, распадаясь на части, словно пазл, и наконец окончательно исчез. Кидан почувствовала, как ее, декана и сиционов накрывает волна, и разливается по всему миру, выискивая то, что Кидан ценит больше всего, чтобы уничтожить. Неизбежная цена.

Ее полные слез глаза метнулись в коридор, пытаясь увидеть Джун, стоявшую снаружи. Она упала? Кидан хотела побежать к сестре, но ее остановили сиционы.

— Не отвлекайся, – грубо приказала декан. – Установи закон, который откроет артефакт.

Вокруг Кидан вспыхнуло огненное торнадо – дом снова усилил ее эмоции.

Она мысленно повторила три критерия установки законов.