Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской, страница 90 – Елизавета Соболянская

Медведев поперхнулся и уставился на молодую женщину во все глаза:

— Простите, мадемуазель, я правильно понял? Вы собираетесь готовить из девочек кадетов?

— Нет, — нахмурилась Александра, — я собираюсь готовить этих детей к реальной жизни. В которой сироту могут обидеть. В которой их низшее дворянское звание не помешает какому-нибудь графу нанять девушку в гувернантки и измываться над нею. В которой… — тут она мельком оглянулась на застывших над своими записями вдов и сбилась на мгновение, а потом сказала не то, что хотела сказать: — Девушке важно уметь себя защитить в любой ситуации.

Прапорщик вздохнул. Он догадывался, почему благотворительное учреждение Терезии Ольденбургской так быстро получило всевозможные разрешения — эксперимент Особого отдела. Назрела необходимость в телохранителях-магах и авантюристках-женщинах. Очевидно, что мадемуазель Пешкова тоже раскрыла этот секрет Полишинеля и делает все, чтобы эти дети получили свой шанс.

— Я вас понял, мадемуазель. Для начала мне, конечно, нужно оценить физический потенциал ваших воспитанниц, понадобится кое-какое оборудование, те же учебные рапиры, мишени, спортивные снаряды…

— Все зарисуйте, распишите, покажем ее светлости и попробуем закупить и установить организованно, — отозвалась Александра. — Пока используйте зал для гимнастических занятий, сад и то, что уже имеется. Жду от вас подробный план, господин прапорщик. Первое занятие у малышей уже сегодня вечером!

Щелкнув каблуками, Медведев отправился в отведенную ему комнату, размышляя о том, какое ярмо он вздел себе на шею с благословения начальства и августейшей фамилии!

Среди воспитанниц появление нового преподавателя и занятий произвело фурор! Младшие буквально пищали и прыгали, когда их собрали в зале для гимнастики — он же бывший бальный зал — и начали гонять до пота под присмотром классной дамы.

Медведев решил, что с девочками шести-семи-восьми лет в принципе можно поступить, как с новобранцами — сначала загонять до желания упасть, а потом объяснять. Так что он сначала велел им построиться в шеренгу по росту (пять минут писка и толкотни, прежде чем классная дама навела порядок), потом развернул в колонну (еще пять минут писка и толкотни с обиженными выкриками “сама коза” и долгими нравоучениями от Колобковой). Потом девочки некоторое время бегали по кругу, грустнея лицами, и прапорщик понял, что его авторитет вот-вот рухнет, тем более впереди бежала Софья Трубецкая с лицом недоумевающей королевы.

Что делать?

Медведева осенило, когда он увидел выпавшую из косы Софьи ленту. Он ее поднял, зажал в пальцах и скомандовал:

— А теперь, не теряя строя, бежим за лентой! — и засеменил по залу сам, изображая не то маму-утку, не то мальчишку, играющего с котенком.

Девочки оживились, захихикали — появилась задача не потерять строй, накручивая по залу кренделя. В общем, со смехом и шумом они пробегали целый час. Косы растрепались, передники сбились, попадали чулки и даже дурно пришитые манжеты, но раскрасневшиеся и счастливые дети высыпали из зала с улыбками, а прапорщик вздохнул с облегчением.

К нему подошла классная дама — уютная полноватая женщина с добрым лицом — и похвалила:

— Спасибо вам, Ефим Александрович, девочкам трудно привыкать к дисциплине, в саду им бегать не позволяют, а теперь… я уверена, они будут очень крепко спать!