Книга Подменная кадетка ледяного командора, страница 45 – Николетта Фэй

Кайден принимает это без возражений. Мы выходим через бельевую шахту, когда над академией звенит учебный колокол. Звук обрывается на середине, сменяется низким гулом. Серебряная нить в занавеске у окна вспыхивает, хотя это обычная ткань из складских запасов.

Из соседнего учебного крыла доносится первый крик. Потом второй. За мутным стеклом я вижу, как кадеты вскакивают из-за парт, хватаются за воротники и падают на пол. Серебряные швы в их форме светятся от шеи до запястий, вытягивая магию прямо через ткань.

Севра больше не ждёт церемонии. Она запускает Белый резерв во время занятий.

Серебряный свет пробегает по воротникам кадетов быстрее, чем я успеваю открыть дверь учебного крыла. За стеклом один из мальчишек падает между партами, цепляясь за чужую скамью, и следом гаснут сразу три настенных светильника. Магия уходит из комнаты в стены. Белые жилы под штукатуркой набухают, будто корпус внезапно оброс сосудами.

Кайден наваливается плечом на дверь. После снятого браслета его источник то проваливается, то выбрасывает холод; вокруг ладони мгновенно белеет металл, однако замок не поддаётся. Из переговорной пластины над косяком звучит голос Хольта: первый курс остаётся в комнатах до особого распоряжения, форму снимать запрещено, попытка покинуть корпус будет считаться диверсией против щита.

— Они знают, что нить можно найти, — говорю я, вынимая Клятвенный клинок. — Поэтому запирают их вместе с ней.

Кайден просит не бить по двери. Белая сеть уже принимает силу из класса; если я разрежу запирающий контур, удар может пройти через тех, кто лежит ближе к стенам. Он показывает на старую медную трубку у пола — часть системы подачи горячей воды. За ней должен быть прачечный вентиль.

Я срываю декоративную решётку и дважды ударяю рукоятью по трубе: длинный, короткий. Мама учила нас этим сигналам, когда шум машин заглушал голоса. Ответ приходит снизу почти сразу — три быстрых удара. Потом по трубе ползёт горячий пар, обжигает ладони через ткань и выдавливает внутреннюю защёлку. Дверь отходит на палец.

Кайден просовывает клинок в щель, я наваливаюсь рядом. Его рана снова открывается: на белой рубахе расползается тёмное пятно, но он не отпускает створку, пока изнутри не врезается Тесса. Мы втроём сдвигаем дверь ровно настолько, чтобы она выбралась в коридор.

На Тессе нет куртки. Она содрала её вместе с двумя пуговицами и обмотала вокруг серебряного шва ремень, пытаясь пережать поток. Под тонкой рубахой нить всё равно светится вдоль позвоночника. Тесса едва держится, но первым делом требует открыть класс: там остались пятнадцать человек, преподаватель и Ливия Крейс.

— Дориан внутри? — спрашиваю я, уже протискиваясь в щель.

Тесса качает головой и ловит меня за рукав. Перед запуском Дориана вызвали в оружейный зал как старшего наследника. Она не успела договорить, когда из класса раздаётся детский, совсем неподходящий академии крик. Ливия сидит под столом, прижав подбородок к коленям. Серебро в её парадном воротнике горит ярче, чем у остальных.

Преподаватель защитных контуров, господин Вель, пытается удерживать общий купол над учениками. От напряжения у него дрожит голос, а по виску стекает пот, но стоит увидеть Кайдена, он роняет заклинание. Несколько кадетов сразу сгибаются ниже, и Вель, выругавшись, возвращает руки в прежнее положение.