Книга Подменная кадетка ледяного командора, страница 48 – Николетта Фэй

Над дверью оживает переговорная пластина. Голос Хольта объявляет, что диверсия в первом корпусе остановлена, а всем кадетам предписано оставаться на местах. Затем слова обрываются, и вместо него говорит Севра.

Она обращается ко мне по имени. Кайден для неё уже источник без власти, Дориан — наследник, которого можно прижать семьёй. Севре нужен человек с Клятвенным клинком, и она предлагает мне подняться в северную обсерваторию без оружия. До моего возвращения она обещает не усиливать отвод.

— Обещает она хорошо, — сипло замечает Илай. Он сидит возле Тессы и держит мокрую ткань на её ожоге. — У нас в Белом зале тоже всё начиналось с обещаний.

Я не собираюсь идти одна и не собираюсь оставлять клинок. Дориан предлагает взять Севру заложницей сразу, как только двери обсерватории закроются, но Кайден заставляет его посмотреть на серебряные нити. Совет держит первый курс через центральный распределитель; любое нападение может стать командой на полный отвод.

Рен стоит у окна, связанный шнуром за пояс с трубой. Голос Севры не включил в нём приказ, и это пугает его больше прежних приступов. Она либо отрезала его от управления, либо уже готовит Кайдена как замену. Брат просит меня выслушать предложение и тянуть время. Когда я спрашиваю, доверяет ли он Севре хоть в чём-то, Рен смотрит на кадета с белой коркой у губ.

— Она хочет, чтобы щит выжил, — говорит он после долгой паузы. — На этом месте она правду не меняет. Людей внутри задачи — да. Саму задачу — нет.

Я оставляю клинок маме только у лестницы. Она прячет рукоять в корзину под мокрыми простынями и остаётся рядом с закрытым корпусом, чтобы связь между нами не оборвалась. Кайден идёт со мной до верхнего перехода; дальше его не пускает новый контур совета. Мы останавливаемся перед серебряной чертой на полу.

— Не соглашайтесь на срок, который нельзя проверить, — говорит он. Холод проступает на его губах после каждого вдоха, но голос остаётся ровным. — Она предложит вам жизни конкретных людей в обмен на тех, кого вы не видите.

Я напоминаю, что именно такой обмен он сам принимал восемнадцать дней. Кайден не отводит ответа: поэтому и узнаёт его раньше меня. Он просит только одно — заставить Севру показать состояние щита в настоящем времени, без архивных расчётов и подготовленных карт.

В обсерватории открыты все северные створки. Оттуда видно нижний город: тесные кварталы спускаются к ледяной реке, над крышами тянется серый дым. Дальше, за стенами, небо кажется темнее обычного. Полярный прилив ещё не дошёл до крепости, но облака на горизонте уже светятся изнутри бледно-синими разломами.

Севра ждёт возле круглого стола. На ней нет парадной мантии, только тёмное платье и защитные перчатки. Рядом стоят Хольт и двое членов совета; ни один не подходит близко к окнам. На столе лежат пять документов с заранее оставленными местами для подписей.

— Вы начали вытягивать силу из детей во время урока, — говорю я вместо приветствия. — Если это ваша версия перемирия, мы закончим быстро.

Севра не оправдывается. Первый запуск был нужен, чтобы заполнить аварийные трещины после того, как Кайден повредил собственный источник и мы нарушили Белый контур. Она произносит «мы» так, будто моё вторжение и её многолетняя система стоят рядом. Я подхожу к столу, но документы не беру.