Книга Восстанавливая равновесие, страница 97 – Айрин Серпента

— Ну ладно, вот вы с Надин приехали. Выследили нас, благодаря одному паршивому конспиратору, – она с упрёком посмотрела на Эрика. Тот философски пожал плечами.

— А теперь что? Какой вы видите свою роль в плане мщения Хайнсу Штольцу?

Надин давно уже нетерпеливо подпрыгивала на диване, хотя и не теряя ни капли своей элегантности.

— Мы всё продумали, правда, мамочка? Я буду невестой!

Ди жестом остановила её. Обратилась к вытаращенным глазам заговорщиков:

— Вы много придумали интересных ходов для третирования этого… дяди. Однако как вы узнаете, что эффект достигнут? Как станет понятно, что Штольц перепуган или преисполнен надежд, что строит какие-то планы – и какие?

Сёстры переглянулись.

— Э-э… Бриттен?

— Он побежит делиться своими страхами и переживаниями с племянницей, которую мысленно уже предназначил на убой?

Группа была вынуждена признать правоту матери.

— Вот тут нам и пригодится крошка Надин. Я так поняла, что Штольц не женат.

— Точно.

— Что может быть привлекательнее нашей Надин, в драгоценностях и с запахом денег вашего папы? – Ди с гордой улыбкой оглядела заговорщиков.

— Прямо так, без легенды? – удивилась Кассия.

— Определённо, дитя моё. Мы будем именно собой – супругой и дочерью Никоса Алессандроса, самого богатого, самого влиятельного человека на Кипре. Должен же быть от вечной занятости папы какой-то прок?

Привлекательный, хотя и излишне полный мужчина, одетый в топорщащийся фрак, шагнул к хозяйке дома, и та притворилась, будто только сейчас заметила его, хотя три недели до этого с настойчивостью пиявки она засыпала его приглашениями на вечер и до последней минуты волновалась, не будучи уверенной, что он придёт.

— Хелена, моя драгоценная!

— Хайнс! О Боже, Рой, посмотри, это же Хайнс, – фрау Дорштадт толкнула в бок мужа, ослепительно улыбаясь искусственными зубами и такой же ненатуральной улыбкой. Рой Дорштадт руки не подал, но издали кивнул. Проблема состояла в том, что Хайнс Штольц не являлся, несмотря на многолетнее посещение всех вечеров, «человеком их круга». Репутация его не была тёмной, но слегка… замутнённой. Одно то, сколько членов семьи Гедлер ван Нек покинули суетный мир с тех пор, как брат Лорны Гедлер поселился в их доме, заставляло держаться подальше от него. Плюс слухи о странных сделках, гигантских ставках в казино, женщинах… С другой стороны, Хайнс Штольц был безумно, несправедливо богат. И всё ещё холост, а многие из «хороших» семей имели дочерей на выданье, но приданое им могли наскрести с большим трудом. Вот им и приходилось мириться с малоприятным нуворишем, а их дочерям – добиваться его внимания.

Хайнс Штольц с удовольствием протанцевал вальс с Хеленой Дорштадт, вспоминая, как хорошо они проводили время вдвоём прошлой осенью между вторым и третьим браком пышнотелой Хелены. Но сейчас её взор умолял его не говорить об этом Рою, и Штольц понимал, что она будет делать всё, что он прикажет, лишь бы этого не произошло. Мысль об одновременном сеансе с двумя-тремя девушками вновь соблазнительно сформировалась в его голове.

А потом он увидел эти огромные голубые глаза, словно умоляющие его о чём-то. Волосы, чёрные и блестящие, будто только что отколотый антрацит, посыпанные серебряной пылью. Совсем не детскую грудь, которую лишь подчёркивало вызывающее белое платье, и ноги, начинающиеся прямо от плеч. А заодно Хайнс отметил и кое-какие мелкие, но приятные детали вроде нитки редкого чёрного жемчуга, спускающейся в ложбинку между грудями, роскошных серёг с тем же жемчугом и бриллиантовых колец на каждом пальце. Возможно, восточная гурия несколько перестаралась с демонстрацией своего богатства, но Хайнс Штольц понял, что влюблён. Безумно и бесповоротно, в женщину, имени которой он даже не знал.