Книга Маневр пустого города, страница 285 – Юнь Хуянь

— Потому что мы били по траве и вспугнули змею, – ответил Лао Чжан. – После того как на аптечном складе схватили вора, офицер полиции, охраняющая детей, подняла вопрос о возвращении на отделение интенсивной терапии, и Чжоу Юнь, спустившись в приемный зал, всерьез рассматривала такую возможность. Поэтому, уже зная о твоих планах, я сразу подумал: если ты получил сообщение Хань Шуанцзян и, забив тревогу, «устранил» скрытую угрозу, но вместе с тем мог подумать, что после случившегося полиция захочет перевести детей в другое более безопасное место, чтобы помешать этому, тебе необходимо было совершить больше преступлений, и травмы у пострадавших тоже должны были быть намного серьезнее – не только для того, чтобы до отказа заполнить отделение интенсивной терапии, но и для того, чтобы врачи сбивались с ног и им было некогда даже подумать о других вопросах, – только так можно было «оставить» детей в резервной палате.

— Получается, что в той школе в Чаннин… – осторожно начал Ян Бин.

— Никакой охраны не было.

Ян Бин на мгновение остолбенел, затем вздохнул:

— И получается, что та рассылка, которая пришла после этого…

Лао Чжан кивнул:

— Получив это сообщение, ты, как человек, осведомленный о работе отделения неотложной помощи, мог прийти к следующему заключению: поскольку вечерний час пик уже миновал, упомянутое «превышение максимальной нагрузки» не может быть связано с нехваткой медперсонала, а означает, что все места в палатах уже заняты пострадавшими и другими детьми, нуждающимися в медицинской помощи. В итоге ты сделал вывод: все койко-места на отделении интенсивной терапии заняты, их нельзя снова освободить для возвращения детей из резервной палаты, поэтому твоя конечная цель остается на прежнем месте, а в таком случае уже нет необходимости совершать новые преступления. Конечно, в этом СМС была еще одна деталь, непонятная никому из посторонних, но я уверен, ты обратил на нее внимание.

— То, что «прием приостановлен на два часа»? – с кривой улыбкой спросил Ян Бин.

— Точно. Это ограничивало тебя во времени. За эти два часа ты должен был успеть вернуться сюда и выполнить последний пункт своего чудовищного плана, иначе, если ты опоздаешь и прием больных возобновится, детей с легкими симптомами, скорее всего, выпишут из больницы, места освободятся, и появится возможность вернуть детей из резервной палаты на отделение интенсивной терапии. И тогда ситуация снова выйдет из-под контроля.

Ян Бин смотрел на стоящего перед ним Лао Чжана и внезапно почувствовал себя во власти галлюцинации – он будто бы стал рыбой, в губу ему вонзился крючок, он метался из стороны в сторону, но никак не мог от него избавиться; оставалось только смотреть со дна реки вверх на невозмутимо стоящего на высоком берегу рыбака. Смутное, но мучительное ощущение.

Он, страдальчески улыбаясь показал вниз на окруженный стеной и укрытый снегом город:

— Боюсь, ты ограничил меня не только во времени. Ты ведь знал заранее даже то, что я окажусь на этой крыше, не так ли?

— Может быть, и так.

Ян Бин пришел в неописуемую ярость – он шумно выдохнул, казалось, у него в голове полыхал пожар и из ноздрей вырывались две струйки белого дыма.

— И ты не боялся, что я войду в этот город?! – крикнул он с вызовом в голосе. – Ведь если бы я это сделал, то мне незачем было бы лезть на крышу.