Книга Стать хищной птицей, страница 229 – Кира Брайан

— Ты ведь говорила, что сделала это ради Щегла. Я понимаю.

— Нет, не понимаешь. Плевать на Щегла. Плевать на все остальное. Мы с тобой столько лет идем бок о бок. Я не имела права подрывать твое доверие.

Сокол замер, глядя в грязное лицо Ласточки и чистые, как воды, глаза. Хотелось вырвать себе сердце и вручить ей без остатка. Ласточка, милая Ласточка, задавила все принципы и желания и шла за ним столько лет, когда он вел их прямиком в могилу. И сейчас, когда у них на двоих осталось лишь несколько дней и старое здание, она продолжает отдавать Соколу все, что у нее имеется. Ласточка подарила ему свою верность двенадцать лет назад и ни разу не отступилась от своего обещания. А Сокол так и не смог дать ей того, чего она заслуживала сильнее всего, – безопасность.

Ласточка держала зонт над Сорокой, чтобы уберечь ее от холодного дождя, а впоследствии и от простуды. Как говорил Георгий Васильевич, со дня на день должен был выпасть первый снег, и именно поэтому погода решила выплакать все слезы, накопленные за засушливое лето. Ботинки противно хлюпали по лужам, а носки промокли насквозь, отчего ноги ужасно мерзли. Ласточка весь вечер провела за разговорами с Георгием Васильевичем и ушла спать далеко за полночь, когда остальные уже смотрели третий сон. Проводя с ним вечера после всех забот о доме, Ласточка чувствовала себя спокойно. Она могла смеяться с ним, плакать и жаловаться на Сокола. Георгий Васильевич принимал все это безотказно. По своей воле он стал кем-то вроде личного психолога для Ласточки и Сокола. Они по очереди изливали ему душу друг о друге, так и не сумев поговорить наедине.

В том разговоре Ласточка пообещала ему, что принесет из поликлиники хорошие ампулы, которые облегчат боль в ногах. Георгий Васильевич был еще полон сил и энергии, но подводили его только ноги, и поэтому большая часть работы давалась ему с огромным трудом. Ласточке и так было очень неловко из-за того, что они присосались к мужчине, будто паразиты, и поэтому она решила, что поможет ему, хотя бы таким незначительным поступком.

Ампулы в больнице Наталья Игоревна продала ей дешевле обычного. Это стало их секретом, который Ласточка пообещала сохранить. В аптеке эти ампулы выдавались лишь по рецепту, который необходимо периодически обновлять, чего Георгий Васильевич не делал. А их цена была настолько заоблачной, что от Ласточкиной зарплаты почти ничего бы и не осталось. За оказанную услугу она пообещала Наталье Чувашовой брать сверхурочные смены, но та лишь отмахнулась рукой, войдя в положение. Ласточка бы никогда не подумала, что ей понравится работать в больнице из-за Натальи. Она была доброй, веселой и позволяла Ласточке забыть о проблемах с Соколом. Наталья Игоревна сильно беспокоилась о здоровье Ласточки, о самочувствии Сокола и теперь волновалась и о Сороке тоже. За такой небольшой промежуток времени она стала для всех них матерью, которая помогала и подсказывала из-за кулис. Едва заметно Наталья заботилась о Ласточке как о родном человеке, любила ее и искренне волновалась за каждый прожитый день. Наталья Игоревна отдавала Ласточке всю свою заботу, а Ласточка не могла дать ей ничего взамен.