Книга Искатель 24, страница 116 – Сергей Шиленко

— Нет, я так не думаю, — жестко отрезал я, остановившись и бросив на него взгляд через плечо. Глаза эльфа расширились от страха. — Мы прекрасно знаем, что ты один из цепных псов Малина Медобрука, и в курсе, что ты руководил его грязными преступными операциями здесь, в Элайваре. И знаешь что самое забавное? Скоро об этом в мельчайших подробностях узнают абсолютно все твои высокородные родственники. У нас достаточно письменных доказательств, чтобы выдвинуть обвинения против тебя.

К моему удивлению, от этих слов лицо Тиленора вытянулось в таком неподдельном ужасе, какого не смогла добиться даже крыса. Я удовлетворенно хмыкнул. У всех эльфов имелась почти маниакальная, какая-то навязчивая потребность поддерживать свой безупречный внешний вид и статус. Это даже не назовёшь простой заботой о репутации, главное — сохранить идеальный фасад. Тщеславие, возведенное в абсолют.

Этот ублюдок вскоре станет настоящим изгоем для всего эльфийского рода. Но если он думал, что социальная смерть — это худшее, что может с ним случиться, то его ждало горькое разочарование.

— Не собираюсь вселять в тебя ложные надежды, Тиленор, — мой голос прозвучал так, словно я зачитывал приговор. — Ты уже покойник, но ты можешь слегка облегчить себе остаток дней, начав сотрудничать. Если расскажешь все, возможно, сможешь жить в относительном комфорте до того момента, пока тебя не казнят за твои чудовищные преступления.

Я обвел многозначительным взглядом сырую, покрытую плесенью камеру.

— Поверь мне, есть гораздо худшие альтернативы, чем быстрая смерть.

Не обращая внимания на отчаянные проклятия и бессильные угрозы высшего эльфа, я вышел за дверь, однако закрывать её не стал, специально громко обратившись к дознавателю:

— Давай-ка снова наденем на него плотный мешок, и затяни его покрепче. Может, эти надоедливые крысы не будут так сильно пугать нашего «гостя», если он не сможет видеть, откуда они к нему подбираются?

Ругательства Тиленора мгновенно оборвались, сменившись сдавленным, полным паники мычанием.

Я пошел вверх по лестнице, чувствуя приятное удовлетворение. Удивительно, как быстро многовековая эльфийская гордость рассыпается в прах перед обычным грызуном и угрозой публичного позора. Оказывается, эльфийское тщеславие — это не просто черта характера, а ещё и великолепный рычаг давления.

Тиленор всё равно заговорит, расколется, как миленький, это лишь вопрос времени и количества «лакомств» для Эдгара.

— Судья, — произнёс стражниу, хищно ухмыляясь и отдавая мне нарочито четкую, почти издевательскую честь, в его жёлтых глазах с вертикальными зрачками плясал предвкушающий огонек. Этот дознаватель явно знал свое дело и уже прикидывал, с какой стороны подступиться к нашему пленнику.

Я лишь коротко кивнул, оставляя следователя наедине с пленным, и шагнул за дверь, плотно прикрыв её за собой. Свежий воздух ударил в лицо, но даже он не смог перебить въедливый, тошнотворный запах страха и застоялой крови, который пропитал мою одежду в подвале.

Мне ещё предстояло организовать поминальную службу по нашим братьям-крестоносцам, тем парням, что сложили головы вчера, попавшись в изощренную ловушку Тиленора. Сердце тяжело стукнуло о ребра. Каждый потерянный боец ощущался как личный провал, не строчка в отчете, не холодная цифра потерь, а живой человек, которого я не довел домой. Командир обязан отвечать за такие ошибки, даже если ловушка оказалась подлой. Но перед тем, как отдать последние почести павшим, у меня имелось еще одно незавершенное дело, последняя вылазка. Мне требовалось найти того единственного друга, которого мы вчера так и не смогли вытащить в безопасное место, никто не должен остаться позади.