Онлайн книга «Продана криминальному боссу»
|
Воскресенский невозмутимо отправил в рот второй кусок и отпил вина. Пряное кружево вкуса, фруктовые нотки и едва уловимый аромат табака и перца идеально оттеняли вкус нежного молодого мяса. — Мы можем договориться. Александр промокнул губы салфеткой и улыбнулся. Воцарилось молчание. Оно длилось так долго, что Воскресенский машинально дотронулся до ремешка «Джежер Лекультр», которые носил на правой руке, чтобы проверить время. — Ваши предложения, – наконец, отозвался Осипович. В этот раз Александр не сумел прочесть выражение его лица: он казался одинаково припёртым к стенке и задумавшим хитрую многоходовку. — Сколько вы хотите за неё? — Вы предлагаете мне отступные? – прокурор хрюкнул, проглатывая внушительную порцию пасты карбонара. Мелкие капли белого соуса повисли у него на носу и на подбородке. Настоящая свинья. Александр не мог отделаться от мысли, приделай к его башке острые уши-лопухи, она не будет отличаться от свиной на праздничном столе. — Давайте назовём это так. — За женщину? — Почему нет? Сколько вы хотите за неё? Цинично. Воскресенский словно выторговывал у него эксклюзивную машину или скаковую лошадь. Таков был их мир, такова суть его, и, несмотря на все благородные порывы и на всю ту страсть, что он питал к Эмилии, Александр осознавал это. В их мире нельзя показывать слабости – такие, как Осипович, как Калинских, тенью стоявший у него за спиной, только и ждут такой возможности. Ждут чтобы накинуться и сожрать. Но у Воскресенский слишком толстая шкура, сломают зубы. — Поверьте, я не хотел бы добиваться вашего молчания менее гуманными способами… Александр шёл по острию бритвы. Пока дела в бизнесе шли более или менее гладко, затевать открытую войну ему не хотелось. Лавируя между званием успешного предпринимателя в миру легальном и босса в миру подпольном, Александр всегда выбирал путь договора, потому что и в том, и другом мире репутация была важнее всего. Лет тридцать назад пришить несговорчивого мусора или судью было гораздо проще, чем сейчас. В нынешнее время такой способ решения проблем был гораздо более трудозатратным. И Осипович, и Воскресенский понимали это, но Александр открыто дал понять ему, что всё ещё может выбрать этот путь. Они смотрели друг другу в глаза, и прокурор первым отвёл взгляд. По его лицу Александр понял – он боится. — Ну вообще, я всё всегда записываю, – задумавшись, прокурор поднял глаза наверх, на его лбу образовалась глубокая жировая складка. – У меня есть расходная книга. Да-да, как у наших – не общих с вами, конечно же – глубокоуважаемых пращуров. Аналогия с учётом крепостных заставила Алекс нервно усмехнуться. Зачесались руки разбить ему бутылку «Маркези…» о голову. Жаль, что она почти пустая. Осипович полез в портфель, достал потёртую кожаную папочку на завязках. Это действительно была большая книга учёта, где все записи были от руки. — Вот, – он перелистнул пару страниц, там были даты, цифры, в пластиковом кармашек лежали счета, чеки. – Шмотки от кутюр, драгоценности, спа, сиськи, косметика. Курсы гейш даже. Ну в самом деле, не мне ж её было учить? – хохотнул он. – Зато у вас теперь готовый продукт, а не полуфабрикат. Настоящая умелая дорогая эскортница… — Сколько? Он резко прервал поганую болтовню. |