Книга Развод. Я заберу твою жену, страница 2 – Анна Гром

Снова будто помоями облил. Ключи от «Лады» захотелось пульнуть вслед за ним. Но я понимала, что за разбитый брелок от сигналки мне снова придется выслушивать о лекцию о своей никчёмности.

И когда у меня так упала самооценка? Когда я начала всё это проглатывать и со всем соглашаться? Я положила ключ на столик у прихожей и направилась в душ. Утром у меня по плану был бассейн и встреча с Валей, двоюродной сестрой.

Пора собираться. Хоть немного отвлекусь от гнетущей реальности. Попробую выехать на своём «подарке».

В ванной я вдруг замерла, увидев себя в зеркале. Мне всего тридцать три года, а выгляжу лет на десять старше. Помятая, исхудавшая, серая. Лицо будто опустилось вниз. Уголки губ стали, как перевёрнутый полумесяц – от этого лицо выглядело вечно унылым. И правда, Лев не врал, выгляжу тухлой, вечно уставшей и недовольной бабой.

Исчезла моя игривость и жизнерадостность. Блеск серо-стальных глаз померк. Потускнели волосы, раньше шикарные, блестящие, насыщенно-каштановые. Со временем всё куда-то исчезло, растворилось в обидах и рутине. И, скорее всего, это моя вина.

«Запустила себя», как пишут в модных пабликах.

Я уже лет пять как не работаю. Раньше я была хорошим бухгалтером, помогала мужу выстраивать наш небольшой бизнес, часто бывала с ним в офисе, знала всех контрагентов, партнеров, они знали меня… Потом, когда у меня начались проблемы со здоровьем, Лев взял наёмного бухгалтера, Лолиту, нашу хорошую знакомую – переманил её из другой фирмы, а мне позволил отдыхать.

И отдых мой затянулся.

Я иногда ходила плавать в большой фитнес-центр. Но не потому, что очень любила, а потому что надо было как-то поддерживать здоровье и физическую форму и вообще «чем-то заниматься и развиваться», как любил говорить мой муж. Завтракала с приятельницами, с сестрой, гуляла в парке, пила кофе, иногда посещала филармонию и кино – делала вид, что «развиваюсь».

По теплу ездила помогать его и моим родителям – отвезти, привезти, помочь на даче. Я была как универсальный солдат семейного фронта, готовый выполнить любую команду, не задавая лишних вопросов. Я же не работаю, детей у меня нет, значит, не занята. Да и совесть не позволяла отдыхать, когда другим нужна помощь.

Иногда читала книги, в основном любовные романы – они помогали «добрать» эмоций, которых у меня давно не было. Эти странички были моим единственным убежищем, где я могла почувствовать тепло, страсть, нежность. Я влюблялась в героев, и порой представляла какие-то ситуации во время «супружеского долга», который меня уже не зажигал. Даже интимная близость стала походить на очередную обязанность, которую надо выполнить если не безупречно, то хотя бы просто выполнить.

Вся организация быта была на мне. Волков даже не знал, где его носки. И всё равно была недостаточно хороша…

«Калина» была с «автоматом», и на том спасибо. На механике я давно не ездила, забыла всё напрочь. Цвет у неё тоже был оранжевый, как у «Ниссана».

Будто очередная издёвка.

Когда я садилась за руль, на глазах у меня выступили слёзы, но я сдержалась.

Сама виновата, надо было смотреть в зеркала…

Я скучала по своей машинке. В потоке мне попадались оранжевые «Мурано», и я с тоской провожала их взглядом. Когда я подъехала к фитнес-центру, то пожалела, что не поехала такси. На парковке вереницей стояли одни иномарки. Моя «Калина» выделялась, как шлепок птичьего помёта на только что вымытом лобовом стекле. Мне стало стыдно и неловко.