Книга Windows. Окна Большого города, страница 59 – Марина Белкина

Она показала полотно, на котором небо было изображено в виде реки, в которой тонет самолет, а люди выплывают из него, как рыбы. Она написала эту картину накануне крушения воздушного лайнера, которое случилось в Египте.

Я спросил:

– А ты не пробовала наоборот? Написать то, что ты хочешь, чтобы сбылось? Как желание?

Мы лежали голые на полу, и я гладил ее по длинным шелковистым волосам.

– Тебе надо учиться. Что твой секонд-хенд? Если Ирина разорится, что с тобой будет? Ты должна что-то уметь. Делать маникюр или шить тапочки.

– Ты учился, и что?

– Провожу многомиллионные сделки, купил квартиру. Ношу хорошие вещи, отдыхаю за границей.

– У тебя есть любовь?

Я вспомнил институтские вечеринки, квартиры однокурсников, любезно предоставленные родителями на выходные, и своих одноразовых подружек, горячих и доступных, как выпивка из винного магазинчика напротив института. Вспомнил невразумительный трах с коллегой из английского офиса, с которой познакомился на тренинге в Арабских Эмиратах, организованном компанией. Мы потом с ней переписывались и даже провели выходные в Мадриде. Я в своем телефоне, она в своем ноутбуке. Однажды пришлось оставить подружку в музее Прадо, а самому сломя голову нестись в номер на сеанс экстренной видеосвязи с начальником.

Мне стало грустно. Показалось, что я не владею миром, а лишь смотрю на мир на географической карте в масштабе один к двумстам тысячам. Я притянул Машулю к себе, впившись ногтями в ее круглое плечо.

– Ты странный, – грустно сказала она.

В выходные я повез Машулю в торговый центр. В бутике женской одежды она мерила платья, выходила, а я сидел на диване и оценивал – мотал головой или показывал большой палец. Как в фильме.

Мы вышли из бутика с двумя огромными пакетами. Машуля была в новом платье и новых туфлях. Обедали в модном итальянском ресторанчике в центре. Машуля уплетала пасту за обе щеки и лоснилась от удовольствия, как кошка. Я гладил ее коленку под столом.

В этом ресторане мы встретили моих институтских друзей, Колю и Алину. Они недавно поженились. Присоединились к нам за обедом, стали обсуждать фильм Вуди Аллена.

Алина, пафосная стерва, закатывала глаза.

– Ах, Вуди Аллен! Этот тонкий юмор, диалоги. А его фирменные титры, которым он не изменял с первого фильма? Высокий стиль!

– Гений, а тоже пал жертвой #metoo, – сказал Коля. – Ненавижу их! А все эти актеры, которые в очередь выстраивались, чтобы сыграть у него в эпизоде? А потом публично отреклись. Бедняге не дали снимать в собственной стране.

– А что за скандал? Я не слышал, много работы, – сказал я.

– Говорят, он спал с приемной дочерью, когда она была еще маленькой.

– Мамин муж тоже спал со мной, когда я была еще маленькая, – вдруг сказала Машуля, которая решила поддержать беседу.

Алина застыла с меню в руках.

– Правда? – пробормотала она.

– Машуля плакала. И мама плакала и била Машулю.

Алина сделала большие глаза, и, судя по тому, как конвульсивно дернулся Коля, пнула мужа под столом.

– Какая красивая музыка! Машуля хочет танцевать.

Машуля вскочила, вскинула руки и начала извиваться в такт мелодии, звучавшей в ресторанчике. У нее на спине виднелась необрезанная бирка…

Я высадил ее возле ее дома, помахал рукой и дал по газам. А потом распотрошил смартфон и выбросил сим-карту.