Книга Волчий цветик-Семицветик, страница 13 – Ксан Крылатая

— Но как? Они что, не знают, что ты оборотень? — потрясённо спросил Тимофей.

— Нет. А нас много? Оборотней?

— Не то, чтобы много. Но оборотни живут стаями. В особенности волки. У нас очень развит инстинкт семьи. И тем сильнее не понимаю, как ты могла оказаться в семье простых людей, совершенно одна?

На этот вопрос и мне бы хотелось узнать ответ. Ведь по версии ма… Нет, не мамы, а скорее мачехи, я одна из двойни, что родилась у бродяжки. А разве может быть бродяжкой та, что живёт в стае? Или я чего-то не понимаю? Глядя на Тима, можно сказать, что он вполне здоров, значит физическими упражнениями не пренебрегает. Красивые смоляные волосы падают на глаза, но это, наверное, такая стрижка. И вообще, спокойный и уравновешенный, воспитанный. Одет бедно, правда, и босиком, но… Черт! Да что может зависеть от одежды? У меня она модная и дорогая, но это не значит, что я выросла в счастливой семье. Может быть стаи живут в деревнях, и в основном в облике зверей? Может им и не нужно ничто человеческое.

Пока размышляла, заметила, как парень поморщился. Рана беспокоит…

— Больно, да?

— Ерунда. Лучше скажи, как же тебе удалось сохранить свою тайну? Волчата обычно плохо себя контролируют, — а в голосе послышалось такое искреннее беспокойство, что мне стало безумно приятно.

— Я впервые обернулась около пятнадцати, на заброшенной стройке. И этот первый раз был… В общем, я думала приснилось все. Следующий раз случился почти через год. К этому времени, я уже посмотрела ни один фильм про оборотней, и примерно представляла, что со мной сделают, если узнают.

— Значит, не захотела быть подопытным кроликом? — улыбнулся Тим, и снова поморщился.

— Слушай, ну какой из волка кролик? — хихикнула я, и подумала, что парню нужно бы отдыхать. — Ладно, давай спать. Уже поздно.

С лёгким сожалением, я сразу же поднялась, и начала сдвигать оставшиеся продукты в сторону. Торт накрыла крышкой контейнера, и поставила на подоконник — там прохладнее. Все остальное не должно испортиться за ночь. Тем более, она уже давно началась. Внутри царил полнейший сумбур, и сна не было ни в одном глазу, но пострадавшему нужен отдых для восстановления. Да и самой не помешало бы разложить информацию по местам.

Осознать.

Поверить.

— Как-то неловко получилось, — произнес мой гость-спаситель, поднимаясь. — У тебя день рождения, а я без подарка…

— Шутишь?! — воскликнула я, не зная, как ему объяснить, что он сам для меня подарок. — Ты меня спас. Ты рассказал, кто я. Ты… подарок и есть.

— И все же, я буду должен.

Я взглянула на парня с улыбкой. В который раз отметила, что он красив. Очень. Интересно, а оборотни все такие? Теперь-то, я обязательно узнаю. У меня ещё будет время. Всё узнаю. А пока… Остановила взгляд на его сжатых губах, с чуть приподнятыми кончиками, говорящими о том, что он всегда улыбается, даже когда больно. Подняла взгляд выше, в темные глубокие омуты глаз, и неожиданно даже для себя попросила.

— Можешь подарить мне поцелуй.

Поняла, как глупо это прозвучало, и смутилась. Докатилась — выпрашиваю поцелуи у незнакомцев. Вот дура!

Тим

Она одновременно такая странная, и… завораживающая, что на миг я просто завис. Поцеловать? Мы же едва познакомились… Но с другой стороны, что значат эти “древние правила?”, как их называет Игнат. Раньше он часто подтрунивал надо мной, говорил: